– С-с-с, – сказало чудовище, гипнотизируя меня желтыми глазами. – Сс-с.
Медленно и величественно поднималось вверх змеиное тело, поражающее своими размерами и какой-то внеземной красотой.
– С-с-с-с…
В тот момент я остро пожалела, что в руках нет хотя бы посоха. Лихорадочно перебирая знания, почерпнутые в ведьминой книге, я задавалась вопросом: допускается ли гибель испытуемой ведьмы или все не настолько серьезно? И не было ничего, что бы я могла сделать. Ничего!
Бежать? Да не смешите меня! Куда?
Тем временем змеиная морда приблизилась к моему лицу так, что то и дело мелькающий раздвоенный язык едва не касался моего носа.
– С-с-с…
Во мне не было злости, не было ненависти или страха. Я вдруг подумала, что ведь змея эта ни в чем не виновата. Она лежала у себя дома, отдыхала, а тут меня сбросили буквально ей на голову. Любой бы стал защищаться. Любой!
Но качнувшись из стороны в сторону, змея развернулась и плавно заскользила прочь, а мир вокруг снова мигнул. Я оказалась в пустыне, а рядом, скрытая все тем же черным плащом, находилась верховная ведьма.
– Молодец, – похвалила меня скупо, как и я, рассматривая тянущиеся до самого горизонта бурые барханы. – Любая жизнь ценна. Война – не всегда выход. Это испытание, – махнула рукой вперед, – последнее.
– А что будет, если я его не пройду? Зачем вообще это испытание? – Становилось жарко – солнце над головой палило просто нещадно.
Я не видела лица собеседницы, но ее взгляд ощутила льдинкой между лопаток.
– Ты умрешь. – Женщина вздохнула. – Я знаю, что князь запретил отдавать тебя наставнице, но обычно первые три месяца молодых ведьм именно к этому испытанию и готовят. Князь-то не знает, почему так много ведьм умирают, но слабым, глупым и легко поддающимся соблазнам не место среди нас.
– Я пройду это испытание и расскажу ему! – воскликнула воинственно.
– Нет. Не сможешь. Как и не смогли сотни и сотни женщин до этого. Думаешь, испытание это я придумала? Сама сырая магия привела тебя и только ей решать.
– Как удобно, да? Списывать все на магию. – Я лишь покачала головой, пытаясь придумать выход из ситуации. – Так в чем же состоит испытание?
– Когда ты поймешь это – оно закончится.
Я лишь моргнула, но ведьма исчезла без следа. Я осталась одна, посреди раскаленной пустыни, без воды и еды. Но с амулетом князя на шее. Я сжала его изо всех сил, думая о мужчине. Зажмурившись, представила его лицо до последней морщинки, каждую ресничку вспомнила. Но… ничего.
Да, Катерина, ты же не ожидала, что будет легко и просто? Как тебе идея сложить голову в таком экзотическом месте?
«Когда ты поймешь, в чем суть испытания, оно закончится», – снова и снова мысленно повторяя эту фразу, я спустилась с первого бархана, поднялась на второй. Третий. Четвертый. Открылось второе дыхание и тут же благополучно сдохло. Пятый. Я повалилась без сил, глядя вокруг воспаленными глазами.
Суть испытания – не сдаваться, что бы там ни было? Я попыталась ползти вперед, но это было до того жалко, что и говорить не о чем – лишь наглоталась песка.
Суть испытания – сдаться, если от тебя ничего не зависит?
То и дело падая на подгибающиеся колени, я все же заставила себя встать и на чистом упрямстве еще немного продвинуться вперед. Но даже находясь на вершине бархана, так и не заметила на горизонте признаков жизни.
Еще один бархан. И еще.
Я пыталась идти вдоль, но так, чтобы солнце все время было позади. Нужно же на что-то ориентироваться? Кажется, в какой-то миг я потеряла сознание, так как очнувшись, заметила, что солнце касается своим жарким боком одного из барханов. Тогда и накатило понимание: я умру здесь. Вот так глупо и бесславно, одна посреди песков. Рука сама потянулась к кристаллу связи с князем, но на груди было непривычно пусто: большинство моих амулетов за день рассыпались, пытаясь спасти мне жизнь.
Вот почему я очнулась.
На ноги я встать так и не смогла. Лежала и смотрела, как тают на небосводе последние лучи. Постепенно становилось все холоднее, пока пальцы на ногах и руках не окоченели так, что я перестала их чувствовать. Внутри поселилась пустота. Странно, но я не могла уснуть и не могла перестать думать. Постепенно рассыпались на груди последние из защитных амулетов, из которых я неосознанно тянула силу. Но с первыми лучами солнца, снова постепенно погружаясь в забытье, я заметила движение прямо перед лицом. Это был молох (пустынная ящерица). Существо приблизилось, не выказывая никакого страха. Принюхалось, словно раздумывая, что это такое здесь валяется. Вот только я больше не видела ящерицу. Только искрящийся комок живительной силы, так похожий на те, которые когда-то я сама вкладывала в амулеты.
Тело, казалось, жило собственной жизнью. Вперед вырвался тонкий магический щуп и опутал маленькое живое существо. В глазах не было влаги, которую можно было бы потратить на слезы, но внутри я рыдала. Жадно заглатывая чужую жизнь, четко и остро понимала, что это – другая грань ведомства. Путь Неназываемого.
Было ли злом то, что я сделала? У меня не было ответа. Разве это не то же самое, когда люди убивают животных на охоте, а потом их едят?
Силы было слишком мало, но я все же сумела встать на ноги и продолжить свой путь. Еще один день я осилю. Но что потом?
Потом были несколько скорпионов и пустынная змея. Я шла всю ночь, со всем старанием, словно в диковинную вуаль, кутаясь в некое оцепенение. Я боялась начать думать, анализировать. Только путь вперед. Шаг за шагом. День за днем.