ГЛАВА 7
Мы оба тяжело дышали оглушенные произошедшим. Кажется, князь сам от себя не ожидал. Он помог мне убрать следы страсти, поправить одежду. Поцеловал в лоб, словно прося прощения.
– Будем считать, что наш брак уже начался, – тихо, но твердо сказал он. – Увижу рядом другого мужчину – разорву его в клочья.
Я не нашлась, что сказать. Впрочем…
– А как же другие невесты? Или ты всех так убеждаешь?
– Не зли меня, женщина! – рявкнул. – Какие другие?
– Ну, нас за столом одиннадцать сидело.
А князь, моргнув заторможено, расхохотался. Прижался лбом к моему лбу.
– Это традиция, Катерина. В день выбора перед князем должны предстать одиннадцать дев. У каждой будет шанс доказать, что именно она достойна стать княжной. А чтобы попасть в число избранных, нужно было пройти испытание с превращением, ну и еще по мелочи.
Отстранился.
– Я уже давно выбрал.
– Давно? – Я хотела верить. И боялась. Разве так бывает?
– Вот когда впервые тебя на ведьмином острове увидел, так и решил. Смешная ты была тогда и такая восторженная, – причмокнул губами. – Ну как было устоять?
Я хотела сказать, что не сходится. Хотела задать еще множество вопросов. Но мужчина, сославшись на то, что его ждут, ушел, оставив меня одну в чужом кабинете, среди множества папок и книг.
Я подошла к ростовому зеркалу в самом углу. Мысли перепуганными светлячками роем носились в голове. Я посмотрела на свое отражение и застыла. Руны на моем лице горели словно живое пламя, разбрасывая вокруг искры. Глаза казались шальными и пьяными. Руки слегка подрагивали, а на голове было воронье гнездо из серо-черных волос.
В зеркале все еще была старуха, но только что в глазах любимого мужчины я видела настоящую себя.
Я думала об этом, возвращаясь в выделенную мне комнату. Думала, прогуливаясь по улочкам столицы. Думала, рассматривая начинающее чернеть небо. Умом я понимала, что князь намного меня старше. Но вот сердцем, глазами… Да и разве это главное? Мужчина, так упорно тянущий меня к алтарю, ни разу ничего мне не пообещал. Не говорил о любви. Вообще о чувствах не говорил.
Да и то, что между нами произошло...
Я знала, что сама виновата. Понимала, что нужно было его остановить. Но, мысленно возвращаясь в тот самый миг, понимала, что это было сильнее меня.
Глупая, глупая ведьма.
В тот миг я так отчаянно захотела домой к Моренычу, что, кажется, даже не удивилась, заметив казавшиеся зеркальными переходы за туманной дымкой прямо перед собой. Шагнула туда, не раздумывая, слыша за спиной возмущенный мявк.
– Успел? Снова следил? – Погладила по голове раздраженного Баю.
Он нервно дергал хвостом, сверкая на меня своими глазищами.
– Зачем сбежала? Думаешь, не найдет? Думаешь, не вернет?
– Да разве это побег? – Махнула на него рукой. – Просто домой захотелось. А еще я, кажется, научилась свою тайную тропу открывать. Только странно, что домом теперь считаю ведьмин остров, а не квартиру в столице. – Вздохнула тяжело. – Вот, думаю, к детям теперь наведаться. Как они там?
– И прану собрать, – кивая, замурлыкал кот, – и с ведьмами в нави на шабаше встретиться.
– С праной могут быть проблемы: князь как посох мой забрал, так и не вернул.
– Ой ли? Не вокруг тебя ли, Катерина, дымка очень интересная вьется? Не для сбора ли сил и защиты твоей она предназначена?
– С ума сошел?! – Едва удержалась, чтобы не треснуть его. – Не буду я никого убивать!
– Бог с тобой, ведьма! Зачем убивать? Щуп только протянуть к ауре благодарного человека или ненавидящего и собрать силу разлитую вокруг. – И вдруг Баю замер, как окаменел. – А что, приходилось уже убивать-то?
– Тьфу на тебя! Нет, конечно. Лучше сама сдохну, чем так жить. – Последний урок Маргариты я запомнила очень хорошо. Жаль, видимо, не до всех так хорошо доходит. – Пойду я амулеты делать – все мои рассыпались. Ты со мной?
– Да нет уж, поохочусь лучше. А то с утреца опять князь к чему-нибудь припашет. Да и тебе до рассвета лучше в явь уйти. Он, когда злой, на руку и решения горяч. Абы не обидел тебя, несмышленыша.
***
Я чувствовала себя другой. Переродившейся. Открыть зеркало в явь? Что может быть проще? Вышла к дому стариков и проверила, все ли у них в порядке. Наведалась и к охотникам. Кажется, они меня заметили, так как вмиг стали белее полотна. Заскочила в поселок Бурый. Ох, обрадовались мне! Жаль только, что Павел решил в этот раз не идти – работы оказалось невпроворот.
Перешла своей тайной тропой прямо под дверь родной квартиры. Вот сейчас в банк сбегаю, деньги с карты сниму. Продуктов куплю, вкусностей приготовлю, встречусь со всеми!
– Ба?! Ого, как ты похорошела! И не узнать теперь.
– Настя? Ты что здесь делаешь?
– Мы дозвониться к тебе не могли. Квартира пустует, понимаешь… А я замуж, вот…
– Как замуж? А институт?
– Одно другому не мешает! Я же рожать пока не собираюсь. Просто мы любим друг друга. Ты же не против?
– Подожди-подожди! – Я прошла на кухню и плюхнулась на стул, отмечая, как сильно изменилась квартира. – Какое сегодня число?
…
Два месяца прошло. Конец лета сейчас, Катерина. Не начало. Но как подобное возможно? В прошлый раз я в нави была несколько месяцев, а в яви прошли всего дни. Сейчас же получилось наоборот? Но почему? Неужели дело в посохе? Других отличий я найти не могла.
Вот же черт! Неужели князь намеренно забрал его у меня, чтобы в явь не сбежала? Или я накручиваю себя?
– Бабушка? Все хорошо? Мы так о тебе переживали. Даже телефон жителей поселка Бурый раздобыли, звонили, о тебе спрашивали.
– Да? И что они сказали?
– Что ты занята очень. Что помогаешь им. Уехала, но скоро вернешься. Ба, все хорошо?
– Да-да, старость. – Я улыбнулась внучке. Коснулась пальцем пухленькой щеки. – Живите, конечно. Зачем мне эти стены – я ведь все равно обратно собираюсь. Просто наведаться решила.
– Так я маме позвоню! Вот наши обрадуются!
– Звони…
***
До чего странное ощущение прогуливаться по давно знакомым улицам, как будто ничего и не было. Улицы те же – я чужая. Настя меня, конечно, уговаривала остаться. Предлагала квартиру обратно освободить хоть прямо сейчас, переживала очень и извинялась, глупыш. Но я даже ночевать не захотела. Сказала, что в гостиницу поеду, а сама в Бурый перешла. Зачем мне те стены? Зачем квартира? Еле уговорила всех, что все хорошо. Ох упертые! Не в меня ли?