– Вторую пилюлю Катерина уничтожила, – сказала старая знакомая. – Сильно правильной оказалась.
– Нет значит? – спросила вторая. – Тогда?
– Да, – ответила Стася, а остальные ведьмы закивали. – Ты пойдешь? Или все вместе?
– Да было бы за чем ходить. Справлюсь! – Махнула рукой вторая.
– Не забудь! Внешность ты ее должна забрать, пока еще бьется сердце – потом будет поздно…
{Видение} исчезло.
– Катерина?
– Кажется, сейчас нас придут убивать. – Я принялась судорожно осматриваться, пытаясь найти хоть какое-то убежище, но все было тщетно.
– Зачем кому-то нас убивать? – Баю подошел и встал ровно передо мной. – Что ты наделала, Катерина?
Пришлось рассказывать. Обо всем, как бы стыдно и обидно ни было. Кот слушал молча, постукивая хвостом по черной безжизненной почве.
– Провели тебя, ведьма, как кутенка. Ей богу! Что же ты, как ребенок малый, веришь всему? А вдруг бы там яд был?
Я застыла, ошарашено глядя на друга. Подобное просто не приходило мне в голову.
– Зачем кому-то меня убивать?
Баю, совсем не по-кошачьи, закатил глаза. Мотнул головой, словно мух отгоняя.
– Что делать будем, ведьма? Много их по наши души идет?
– Одна вроде.
– Одна? Это хорошо!
Никогда не подозревала в себе таких навыков древолазанья, но по гладкому черному стволу взобралась довольно легко, остановившись лишь у самой верхушки. Здесь не было ни единого ветерка, способного нарушить покой мертвого леса, так что сверзиться от неожиданного порыва я не боялась.
Лишь бы все получилось!
Посекундно озираясь и принюхиваясь, ведьма вышла из перехода спустя минут двадцать. Не торопилась она однако. Женщина осмотрелась недоуменно, вздрогнула.
– Кот? – Конечно, она заметила Баю. Да он и не прятался. – А ведьма твоя где? Меня вот князь вам на помощь прислал.
– Я сюда сам перешел, мр-м. Случайно, – лениво отозвался друг. – А выйти никак. Ты, кстати, сама-то, спасительница, обратный переход открыть сумеешь?
Ведьма дернулась. Начала водить туда-сюда руками, но, естественно, ничего не происходило. Окно перехода, едва-едва, начав формироваться, то и дело рассыпалось сверкающими сиреневым цветом осколками.
– Что это такое?! – завизжала она.
– А мне почем знать? Но если тебя князь послал, переживать не о чем. Когда мы вовремя не вернемся, он еще кого-нибудь пришлет. Может, догадается, что что-то здесь не так?
– Ах ты, тупая скотина!!! – Она сформировала в руках и бросила в Баю два черных сгустка, но кот был готов и задал стрекача. Ведьма за ним.
Подождав немного, я принялась спускаться. И оказалось, что это намного труднее, чем карабкаться вверх. Ну что за невезение?
В последний миг я сорвалась и больно приложилась бедром о камень.
– С-с-с, – едва сумела сдержать ругательство.
Но, как мы и договаривались с Баю, я схватила большую палку и спряталась за приметным деревом. Идут? Бегут?
Сердце, словно сумасшедшее, быстро-быстро колотилось в груди. Я приготовилась, про себя отсчитывая мгновения. Мимо на огромной скорости прошмыгнул Баю…
– Н-на! – Я с такой силой ударила палкой, словно битой, по ведьме, что она отлетела обратно и ударилась о ближайшее дерево.
– Ого, – выравнивая дыхание, сказал Баю. – Да ты, мать, специалист.
– Фу-у-у, – выдохнула облегченно. – Жить захочешь еще и не то сумеешь.
– Это да. Но нужно ее связать, пока не очухалась.
Так и сделали: с помощью моего ремня перетянули ведьме руки, закрутив хитрую петлю. Оторвав часть рубашки, плотно завязали глаза, чтобы проклясть не смогла. И только потом уставшие и голодные уселись рядом.
– Что дальше будем делать? – уже засыпая поинтересовался кот.
– Идти в выбранном направлении. – Едва сдерживая стон, я потерла ушибленное бедро. – Выбора особого у нас нет.
– А вражиню за собой потащим?
– Предлагаешь бросить ее связанную здесь?
Кот промолчал, я тоже. Что тут, собственно, скажешь?
***
Я проснулась на рассвете. Тело за ночь окоченело – я едва сумела пошевелиться. О ноге и говорить нечего – за ночь она распухла так, что, казалось, штанина сейчас не выдержит и лопнет.
– Баю? Баю!
Ночью мы с другом грели друг друга и сейчас, коснувшись его шерсти и не сумев разбудить, впала в отчаяние. Неужели ведьма задела его одним из своих заклятий?!
Словно почувствовав, что думаю о ней, вражиня зашевелилась и принялась надсадно кашлять. Я нахмурилась и на миг даже о Баю забыла, таким странным был этот кашель. А потом женщина, согнувшись, начала выкашливать сгустки крови.
Все это было невероятно! Неправильно! Я не хотела так сильно ранить. А Баю? Мы что, здесь все и умрем?