— Ну почему? — спросила я у потолка. — Почему я не попала в сказку? Где мой принц? Где все мои принцы, драконы и великие маги? Где мой законный черный властелин? Где толпа ушастых эльфов, вампиров и других… оборотней, на которых все мгновенно заживает? Почему никто меня не спасает, не решает за меня проблемы? Черт! Мир другой, а все равно со всеми трудностями приходится справляться самой… Ы-ы-ы-ы!
Еще немного повыв для порядка и приведя себя в душевное равновесие, я отправилась варить курицу.
— Как знала! — сообщила я кухонной утвари. — Как чувствовала! Никогда больше не буду покупать курицу, хоть и очень ее люблю! Но уж лучше обойдусь без раненых мужиков и куриного бульона! Начинаю понимать, в какое прекрасное время жила, — ворчала я себе под нос, отрезая куриные лапки, голову и выдирая из куриной попки недовыдранные перья. — Рай! Просто рай! Все для удобства человека. И куры толстые, и все лишнее отсутствует. — Я приподняла тушку за крыло и со всех сторон осмотрела весьма спортивную в прошлом птичку. — И вот как из такой тощей цыпы сварить укрепляющий бульон? Где сочные толстые бедрышки? Где круглые ножки? Где, в конце концов, мощная грудка? Да даже я в сравнении больше похожа на бройлерного цыпленка, чем эта доходяга. Эх-х-х…
Повздыхав, я все равно разделала тушку на куски, сунула в кастрюлю и поставила на огонь.
— В следующий раз бульон надо готовить на говяжьих костях, — решила я. — Все больше толку.
Склонившись над кастрюлей, я строго велела:
— Варись бульон сытный и вкусный. Варись!
Ха! Еще немного — и буду тут изображать девочку над волшебным горшочком!
Покачав головой, сходила наверх, чтобы проверить парней, и, убедившись, что рана Шарада не открылась, а Мэй сладко сопит в две дырочки, обняв подушку в так старательно выстиранной мною наволочке, я задумалась над тем, чем себя занять.
— У меня кладовка не охвачена, — с сомнением произнесла вслух, но тут же поморщилась. Из всех помещений в доме кладовка пугала меня больше всего. Темно там и грязно. Веником и тряпкой не обойдешься.
Заглянув в кладовку и с убежденностью побродив среди пустых стеллажей и старых кадок, я решила отложить уборку до лучших времен. Лишь смела пыль с ближайших к выходу полок и протерла вбитые в стену крюки. Пустые бочки решила оттащить в дальний угол, чтобы не мешались, если понадобится место.
— Пока я не нашла иной кладовки, здесь можно хранить что-то, что мне не нужно в доме, но что не ясно, как и куда выбрасывать, — привычно разговаривая с собой и шумно дыша от натуги, выдала я.
Я перетащила две бочки и обломки стеллажа к дальней стене и стала строить из них башенку, чтобы не захламлять проход. Когда я пристраивала на бочки одну из досок, та зацепилась за висевшую на стене черную холстину и продрала в ветхой ткани здоровенную дыру.
— Эм?.. — промямлила я, видя в дыре дверную ручку. — Я попала в сказку про Буратино и сейчас за нарисованным очагом обнаружу дверь в… Ах, пусть это будет сказка, где я стану принцессой и со мной все будут носиться, как с писаной торбой!
Отодвинув бочки и убрав доски, я сдернула со стены ткань. В стене на самом деле была дверь. Очень простая, из массивных досок, стянутых тяжелыми металлическими планками, но вот ручка в двери, как и щеколда, напомнили мне входную дверь. Глубоко вдохнув, я отодвинула запор и потянула дверь на себя.
— Что за?!.. — только и смогла выдавить я, глядя на знакомые ступеньки, все еще заляпанные кровью. — Это как?
Постояв несколько секунд на пороге, я вышла и оглядела дом. Ступеньки, вид на Зеленый мир, вывеска магазина тканей из Рыжего мира — все было на месте.
— И как это понимать?
Я открыла дверь, собираясь еще раз все проверить, и попала в кабинет.
— Голова кругом… — прошептала я.
Закрыв и открыв дверь еще раз, я обошла дом, пытаясь сообразить, где должна быть вторая дверь, но на предполагаемом месте обнаружилась крепкая глухая стена.
Дом вновь преподнес мне свой странный излом пространства.
Я вошла в дом, прошла в кладовку и провела несколько экспериментов, пытаясь выяснить, как работает эта странная магия дома. Если я закрывала дверь и пыталась войти в кладовку, то всякий раз оказывалась в кабинете. Если оставляла дверь открытой, то кладовка никуда не исчезала, но держать дверь нараспашку — не выход.
Устав бегать вокруг дома, я несколько минут стояла перед закрытой дверью и думала лишь о том, что хочу войти в кладовку. С этой мыслью и открыла дверь.
— О! Получилось! — глядя в темноту, обрадовалась я. — Значит, нужно сосредоточиться на мысли о кладовке, если мне нужно попасть в заднюю часть дома. Интересно!