— Ну вот, значит, полностью в себя пришла, — сделал вывод Шарад, и на этот раз обиделась уже я.
— Если я тебе так мешала, надо было раньше сказать, — прошипела я на него.
— Не мешала, — совершенно спокойно ответил блондин, глядя мне в глаза. — Ты очень легкая. Просто я не люблю, когда меня лапают при посторонних.
— Я тебя не лапала, — удивленно произнесла я.
— Со стороны выглядело иначе, — проинформировал он.
На миг я представила, как именно все выглядело со стороны, и вынужденно признала, что ситуация получилась очень неоднозначная.
— Ой…
Я повернулась, стараясь даже не смотреть на блондина. Как же было проще, когда я не думала ни о чем вокруг. А теперь еще неясно, как меня Шарад поймет. Он, конечно, тощая белобрысая доска, но…
Я покосилась на Мэя. Тот ел и пил, полностью игнорируя наш разговор.
Хорошо ему! Вот у кого полная гармония в жизни.
— Я просто хотела проверить повязку, — злясь на себя за этот извиняющийся тон, произнесла я.
— Дор, я знаю, — спокойно ответил мне Шарад. — Просто не нужно это делать здесь.
Ситуация вышла ужасно странная. И глупая. Так что я предпочла больше не развивать тему, а есть и помалкивать.
Но очень скоро я поймала себя на том, что пытаюсь сконцентрироваться на рассказах Мэя, хотя на самом деле просто сижу, таращась в пространство, и мелкими глоточками прихлебываю вино. Глаза то и дело начинали сами собой закрываться. А потом картинка просто угасла…
— Она напилась? — издали удивленно спросил Мэй.
— Да нет, — через паузу ответил ему Шарад. — До беспамятства с двух кружек слабого вина? Похоже, это усталость и пережитый стресс взяли свое. Она спит.
Мне хотелось сказать, что я вовсе не сплю, но вместо этого я еще глубже погрузилась в мягкие объятия темноты.
Какой был странный день…
Потянувшись, я попыталась вспомнить, почему вдруг уснула. Мысли вяло ворочались в голове.
Демон!
Вспомнился оскал девочки из подвала и то, как она на меня смотрела. Меня бросило в холодный пот.
Парни убили это создание, а потом долго поили меня и кормили в таверне в Черном мире, из-за чего меня разморило настолько, что я уснула. Дальнейшие события помнила очень смутно, хотя, судя по тому, что Мэй и Шарад пытались меня разбудить, чтобы хоть как-то войти в дом, сейчас мы явно не в той таверне…
Я глубоко вздохнула, прогоняя прочь вернувшийся образ твари. Кажется, та преследовала меня даже во сне. Мозг не давал явных подсказок, но, прокручивая в голове жуткие картинки, я сообразила, что часть из них выглядела до нелепого несуразной. Я точно помнила, что демон из подвала не превращался в белую овечку с розовой гривой, которая скалила на меня пасть, полную острых акульих зубов. И уж точно в подвале не горели пугающие фиолетовые костры.
— Ух!
Выдохнув, я попыталась отделить правду от игры моего воображения. Этому процессу изрядно мешало что-то тяжелое, давившее мне на живот.
Открыв глаза, я покосилась вниз и непроизвольно выругалась. Поверх одеяла меня совершенно собственническим жестом обнимала широкая мужская ладонь, переходившая в мощное запястье… и бугрящуюся мышцами руку с ниточками проступавших под кожей вен… а рука…
Я повернула голову, стараясь мысленно подготовить себя к любому варианту развития событий, но к открывшейся картине оказалась не готова. И непроизвольно заорала.
Через две секунды дверь в мою комнату с грохотом распахнулась, явив всклокоченного, но готового ко всему Шарада. Мгновением позже рядом с ним возник Мэй.
Не прекращая орать, я выпуталась из одеяла и ласточкой сиганула с кровати, мгновенно спрятавшись за широкими спинами Шарада и Мэя.
— И что тут происходит? — спросил Шарад, стоило мне замолчать, чтобы набрать в легкие воздух.
— Я не знаю! — заламывая руки, воскликнула я, выглядывая из своего укрытия.
Черт! Я правда не знаю. И не понимаю, что происходит.
Я, конечно, с некоторых пор стала ужасно невезучей особой, но как же нужно расстараться, чтобы утром очнуться в одной постели с…
Я сглотнула, нервно рассматривая то, что возлежало среди моих подушек и на моих простынях.
Язык не поворачивался назвать мужчину, сладко посапывавшего на правой стороне моей кровати, парнем, хотя на вид я не дала бы ему больше двадцати лет. Отсутствие верхней части одежды позволяло по достоинству оценить бугрящиеся мышцы, хотя из-за излишней раскачанности молодой человек казался каким-то квадратным. Если Мэй и Шарад внешне больше походили на пловцов, то этот представитель противоположного пола смотрелся помесью бодибилдера с бочонком.