– Удостоверение придет на днях. И тогда вы отправитесь в поездку, – добавил подполковник.
– А что насчет учебы?
– За это время все решим.
Я кивнула.
– Теперь можете быть свободны.
– Свободны? – удивилась я.
– Ваш рабочий день уже закончен.
Я посмотрела время на телефоне и поразилась. Это сколько я продрыхла! Ник похлопал меня по руке. Я повернулась к нему.
– Заедем, поедим? – спросил он, неловко почесывая затылок.
– Я с Мусей.
– Хорошо. Сначала поедим, а потом я вас отвезу домой.
– Я согласна! – воскликнула подруга. – Для меня было пыткой сидеть здесь голодной. Я не Дуся и питаться воздухом не могу.
Мы поехали в кафе неподалеку. Муся на заднем сидении, а мы с Ником на переднем. Подруга оглядывала машину с любопытством, заприметила мешочек, который я повесила на зеркало. Хмыкнула.
Кафе оказалась маленьким, непримечательным что снаружи, что внутри. Его отличал от других зданий разве что древний вид. Здание оказалось построенным века два назад. Над входом висела унылая вывеска. Я скептически на все это поглядела, а затем мы вошли. Стены выкрашены в белый, полы – линолеум, столы обычные, стулья железные.
– Это что? – поинтересовалась я у Ника.
– Кафе, – ответил он.
– Кафе из зомби-апокалипсиса?
– Что?
– Да ладно тебе, – сказала Муся. – Не придирайся. Тут наверняка вкусно!
– Очень вкусно, – подтвердил Ник. – Мой прошлый отдел часто тут обедал.
Я криво улыбнулась. Конечно, интерьер совсем не внушал доверия, но может еда здесь в порядке? Мы уселись за столик, стоящий в середине зала. Это тоже мне не понравилось, но остальные были заняты. Муся видела мое напряжение. Она знала, что я предпочитаю всегда быть ближе к стенам, особенно когда в помещении люди.
– Если кто-нибудь уйдет, мы пересядем, – сказала она мне.
– В чем дело? – не понял напарник.
– Середина зала – не лучшее место для нашей ведьмы, – пояснила Муся.
– Почему?
– У меня нет ответа.
– Ада, может ты скажешь?
– Если бы я знала, – ответила Нику. – Я не знаю, почему не люблю прикосновения. И не знаю, почему не люблю середину зала.
– Тем не менее, ты хорошо так вцепилась в меня сегодня в управлении.
Я решила проигнорировать эти слова. Тем более что подошла официантка и подала нам меню. Я пролистала в раздел салатов и сказала:
– Мне цезарь и чай с лимоном.
– Э, нет! – воскликнула Муся. – Ты целый день не ела, если еще не забыла.
– Но я не хочу!
Подруга улыбнулась мне:
– Молчать! Будьте добры принести два борща, хлеб, две порции сырников со сметаной и, так уж и быть, Ада, два цезаря. Также черный чай с лимоном.
– Мне тоже самое, – встрял Ник.
Я тяжко вздохнула. Аппетита не было от слова совсем. Особенно после того, что я увидела в управлении в туалете!
– Сама будешь есть, что я не смогу, – хмуро сообщила Мусе.
– Ой, да брось, – фыркнула она. – Съешь все как миленькая. Ты же весь день голодная.
– Я не голодная!
И она рассмеялась. Никита молчал, явно не зная, что сказать. А я увидела возле одного человека за ближним с нами столиком тень. Не двухметровую, но тоже очень темную и жуткую. Я в ужасе уставилась на нее.
– Что такое? – спросила Муся.
– Ник, придвинься ко мне! – попросила я, и в моем голосе проскользнули истеричные нотки.
Стол был квадратным. Напротив меня сидела Маруся, а слева Ник. Придвинуться он никак не мог, ведь не было места. Об этом и сообщила мне подруга. А Никита кивнул.
– Хотите ведьму в истерике, можете не слушать меня, – оповестила я, все еще косясь на тень.
Сущности я была глубоко безразлична. Она питалась от какого-то толстого дядьки. И когда я глядела на нее, то почувствовала запах земли. И гвоздики. Неужто она кладбищенская? Они еще и разные бывают?! Какой кошмар, кошмар!
Я почувствовала прикосновение к своей руке. Повернула голову. Ник придвинулся как мог. И сейчас держал меня за руку, вопросительно глядя.
– У меня большие проблемы, – призналась я. – И почему я решила открывать этот дурацкий третий глаз? Без него было так тихо и спокойно! Ну почему я сначала делаю, а потом думаю?
– Когда я тебя от этого отговаривала, ты сказала, что все обдумала! – произнесла Муся. – Так что открыть третий глаз можно считать взвешенным решением.
Я повернулась к подруге:
– Как мне спать теперь?!
– Со светом, вестимо.
– И с полынью в обнимку?