Что касается Бер Хенну, то он, хотя и был не столь мускулист и изрядно ниже ростом, зрелище тоже представлял завораживающее. Жилистый, с гладкой бархатистой кожей, прекрасно сложенный, стройный и гибкий, он двигался с такой грацией и изяществом, что поневоле на ум приходило сравнение с оленем или породистым жеребцом. Скорее с жеребцом, учитывая размеры… гм… мужественности.
Вообще-то благовоспитанной девушке следовало бы скромно отвести глаза и покраснеть… А я и покраснела. От собственных мыслей. Надеюсь, в темноте это будет не слишком заметно.
— Где-то здесь. — пропыхтел Басмиони, останавливаясь под давшей мне укрытие площадкой для лучников.
— Стареете, сигнор Витторио. — хмыкнул Лоли. — Сопите как вепрь во время гона.
— Нишкни. — отрезал бывший сержант. — Это вы налегке бежали, а я в полной амуниции.
— Не будут ли любезны достопочтенные сигноры заткнуться и лезть наверх? — высунулась из-за края настила я. — Или будем ждать морковкиного заговенья и тревоги по гарнизону?
Ндаааа… Реакцию «достопочтенных сигноров» надо было видеть. Никогда не думала, что маги — существа настолько застенчивые. Можно решить, что я могла узреть нечто принципиально новое, никем еще невиданное.
— Давайте, двигайтесь уже. — подтолкнул сконфуженных магов в спины Басмиони. — Чего застыли, как жена Лота?
— Тут дама, а мы без одежды. — возмутился Адонаис.
— Но если не полезем, будем не только без одежды, но и без головы. — решился Метробиус и начал подниматься по лестнице.
Надо же, иногда мужчины могут не быть идиотами. Очень редко и в экстремальных ситуациях.
— Давай-давай, забирайся. — приободрила я Бер Хенну. — Когда женихаться лез, таким стеснительным не был.
Рванул по лестнице так, словно его в седалище шершень ужалил. Интересно, это у меня галлюцинации от недосыпа, или уши у него и впрямь побагровели?
— А как будем от следов бегства избавляться? — Метробиус с интересом разглядывал закрепленную на стене веревку.
— Никак. — пропыхтел Басмиони, переваливаясь через край и начиная спуск. — Оставим в качестве нашего подарка братьям-рыцарям. Могут на этой веревке удавиться.
— С чего это вы, герр Басмиони, такой нелюбовью к монашествующим рыцарям возгорелись? — поинтересовалась я, отправляясь следом за ним.
— Эмиль, поганец, госпитальерским сержантом оказался. — ответил тот, достигнув земли. — Пришлось мечами позвенеть. Хорошо еще, он у самой темницы стоял, никто шума не услышал. Ничего, когда оклемается, у него будет серьезный повод поразмыслить о том, на чьей стороне Всемогущий.
Маги мягко приземлились рядом, и тут только я обратила внимание на тонкие браслеты, охватывающие их запястья. С браслетов свисали обрывки цепей. Ниппонский бог, Кандалы Послушания! Штука для магов самая что ни на есть неприятная — полностью блокирует волю (кроме воли к сопротивлению. Проще говоря, не мешает отмалчиваться) и магические способности. Помнится, при осаде Монсальвата такими штуковинами было забито два крупных фургона.
— Это… вы как умудрились? — кивнула я на обрывки цепей.
— Это Басмиони. — хмыкнул Метробиус. — Порвал голыми руками, бугай этакий. Ну что, пора пятки смазывать?
— Пора. — ответила я, посыпав землю вокруг нас сушеными травками, призванными сбивать нюх у собак, и достав из поясной сумочки баночку с мазью. — Вы, сигнор Лоли, даже не представляете, насколько вы правы. Подставляйте подошву.
Из баночки, с которой я сняла крышку, пахнуло резким едким запахом.
— Э? — не понял маг. — Это зачем.
— Это пятки смазывать. — насмешливо фыркнул… ладно, пусть будет Бергенау. — Я слышал про такое зелье, называется «Собачий носолом». По такому следу ни одна собака не пойдет.
— Приходилось смазывать пятки? — хмыкнул Басмиони.
— Я же еще и алхимик, между прочим! — горделиво подбоченился… Бог с ним, пусть будет Бер Хенну. Учитывая отсутствие одежды, смотрелось это весьма забавно. — Кое что и в зельях понимаю!
Так, Клархен, дура-идиотка-вертихвостка, хватит так пялиться на голых мужиков. Сначала дело, удовольствия потом. Главное, чтоб это «потом» для нас наступило, для чего надо смазывать пятки и в прямом, и в переносном смысле.
Натерев ступни магам (вот дура, могла бы и обувку для них с собой прихватить! Кто там, на городских воротах, стал бы проверять — травы в мешке или сабо?!!), и подошвы нашей с Басмиони обуви, остатки мази я раскидала по сторонам, после чего мы рванули в сторону леса со всей доступной нам скоростью.
— Если выживем в этой заварушке, — буркнул Бер Хенну, когда над нашими головами наконец сомкнулись ветви, — то я от тебя, Клархен, точно не отстану, пока к алтарю не отведу.
Интересно, мое мнение по этому поводу хоть кого-то интересует? Хотя… Я покосилась на почти неразличимого в темноте мага. Вообще-то, очень даже неплохая партия. Симпатичный, умный, обходительный… К тому же, на островах Гуанч, зуб даю, нас никакие братья-познающие не достанут. Но тут Лоли выдал фразу, которая заставила меня поперхнуться:
— Ага, пора уже, дружище. — сказал он. — Вторая сотня лет пошла, а все холостой.
— Для своих лет я неплохо сохранился. — огрызнулся Адонаис.
— А не будут ли господа маги любезны зажечь магический свет? — пропыхтел Басмиони. — А то я себе чуть веткой глаз не выколол, да и в какой ни будь овраг свалиться не хочется.
— У вас же есть фонарь. — заметил Метробиус.
— Толку от него, как от козла молока. — пробурчал неаполитанец. — Вам-то хорошо, у вас заклятие ночного зрения есть, а я человек простой, колдовству не обученный.
— Погодите еще немного, Витторио. — ответил ему маг. — Надо отойти чуть подальше. Святоши могут пойти по эфирному следу заклинания почище всяких собак.
— А по ночному зрению, значит, не пойдут? — буркнул Басмиони, донельзя недовольный таким поворотом беседы.
— Это заклятие не существует вне нашего тела. — пояснил Бер Хенну. — Следов в эфире не оставляет. Светильник же будет не только рассеивать тьму, но и оставлять турбулентности на тонком плане мироздания.
Опять магов в высокоученые беседы понесло, ядрена кочерыжка! Половину слов не поняла.
Басмиони пробурчал в ответ нечто невнятное — похоже он не понял из слов мага вообще ни одного.
Солнце еще не выглянуло над виднокраем, однако когда мы подошли к заброшенной заимке было уже достаточно светло — до восхода оставались считанные мгновения. Увидав место, куда я вывела всю честнуЄю компанию, Метробиус присвистнул и хохотнул.
— Это мы удачно зашли.
— Что вы имеете в виду, сигнор Лоли? — поинтересовался Басмиони.
— Только то, что именно тут я и запрятал ту злосчастную книгу. — ответил маг, подходя к двери.
Впрочем, открылась она сама и на пороге появился Гансик. Серьёзный, повзрослевший какой-то.
— Правильно сделал. — мрачно произнес мелкий каким-то совершенно недетским тоном. — Еще не хватало, чтоб я за ней по всей Европе мотался.
— Что? Ганс, я… — у меня перехватило дыхание, а маги синхронно, встав плечом к плечу, возвели щиты. Это, кажется, называется «колдовской менуэт», когда маги совместно заклинание творят…
Ганс сделал неуловимое движение кистью и в мой мозг хлынули воспоминания.
Будь ты хоть тысячу раз некромагом, от кончины тебе не отвертеться, как ни крути — срок службы человеческого тела ограничен, и с этим никакой магией не справишься.