— Ваше величество? Звали? — спросил он слегка запыхавшимся голосом, не обращая на меня никакого внимания.
Хм. Не узнал, что ли, в маскараде? Или так хорошо притворяется? Его величество скрестил руки на груди и холодно произнес:
— Как вы объясните, что леди Эстер поселили в этом… чулане? — последние слова он буквально выплюнули. — Это была ваша обязанность, разместить моих гостий как полагается.
А вот тут управляющий слегка сбледнул с лица к моей радости и удовлетворению, скользнул по мне взглядом и изобразил удивление.
— Это какая-то чудовищная ошибка, ваше величество, — забормотал он. — Наверняка служанка перепутала… Я разберусь немедленно, — заверил управляющий, и даже попытался изобразить улыбку.
— Хорошо, как разберетесь, можете собирать вещи и отправляться в свое загородное поместье, будете управлять там, — бросил император. — Раз не справляетесь со своими обязанностями и не в состоянии проследить выполнение ваших указов.
Лицо лорда Митрана пошло пятнами, он выпрямился, растерянно глядя на повелителя.
— Но… в-ваше величество… — заикаясь, проговорил он.
— Вы меня плохо слышали? — любезно спросил Бертус, выгнув бровь.
Бывший управляющий сглотнул и замотал головой.
— Нет, ваше величество, я прекрасно все понял.
— Тогда выполняйте, — кивнул хозяин дворца и повернулся ко мне. — Леди Эстер, прошу прощения за это чудовищное недоразумение, я надеюсь, ваши новые покои понравятся вам, — улыбнулся он. — Я лично проверю завтра, как вас разместили.
— О, не стоит, ваше величество, я уверена, они будут великолепны, — заверила я.
Не хватало еще слухов, что император ходил ко мне в комнаты. Тогда точно не отвертеться от этого отбора. Лорд Ричард лишь одарил нечитаемым взглядом и удалился вместе с августейшей персоной. А вскоре поднялась суматоха, набежали горничные, меня чуть не под руки подхватили и куда-то повели. Оказавшись в шикарных апартаментах из трех комнат — гостиная, будуар и просторная гардеробная с ванной комнатой, — я про себя хмыкнула. Что ж, неплохо, вполне. Выгнав всех служанок, с удовольствием понежилась в горячей воде, избавившись от лохмотьев, потом все же вызвала одну и приказала принести ужин сюда, после всех этих разборок аппетит разыгрался будь здоров. Не забыла и домового, честно заслужившего свое масло. А вот вместе с ужином мне прислали извинение от императора: плоскую бархатную коробку с роскошным бриллиантовым колье в виде переплетенных веточек. Красивое, да, но лично для меня слишком уж, я такие драгоценности не носила. Ладно, пусть будет, пригодится. От императорских подарков не отказываются. Взгляд невольно упал на стоявшую на окне радужную орхидею, и отчего-то стало немного грустно.
А засыпая, совершенно некстати вспомнила Саймона, наши прогулки и разговоры, и… незнакомца. Так, со вкусом его поцелуя на губах, и нырнула в бархатную темноту.
…Горячие ладони скользили по моему обнаженному телу, оставляя за собой шлейф из щекотных мурашек. С губ сорвался судорожный вздох, я выгнулась, смяв пальцами простыню и силясь разглядеть в кромешной темноте хоть что-то, но не получалось. Такой же горячий рот проложил дорожку из легких поцелуев вдоль шеи, язык обвел ямочку между ключицами. Накрыл ноющую грудь, обхватил вершинку и нежно втянул, и я охнула от неожиданности и вспышки ярких ощущений. Руки дернулись в попытке нащупать, понять, кто же это, однако невидимая сила мягко прижала их к постели, а грудь пощекотал тихий смешок.
— Эстер… моя нетерпеливая девочка… — смутно знакомый голос, ласкающий слух шепот, и тут же новая ласка, разметавшая остатки мыслей.
Язык пощекотал напряженный бутон соска, заставив тихо всхлипнуть, пальцы заскользили дальше, по животу и ниже, и мои ноги сами раздвинулись. Чувствительное местечко горело жаром, жаждая прикосновений, я не испытывала ни стыда, ни стеснения. Это ведь сон, правда? Я же сплю… Пусть даже ощущения слишком реалистичные и яркие… Но ведь так бывает во сне…
И снова поцелуи, прикосновения, прерывистый шепот, круживший голову. Томительно неторопливые ласки, спускающиеся все ниже, пока я не почувствовала осторожное прикосновение там, где сосредоточились сейчас все мои желания. С губ сорвался короткий стон, я выгнулась, оставив попытки справиться с темнотой, погружаясь в острое наслаждение, разливавшееся по непослушному телу. Так вот про что рассказывала бабуля. Вот, как это бывает… Я задыхалась от эмоций, волнами накатывавших на сознание от каждого нового поцелуя, от каждого прикосновения. Внутри нарастало напряжение, странное нетерпение, хотелось чего-то большего. Я выгибалась, ерзала, что-то бессвязно шептала, плавясь в умелых руках, и когда горячий рот накрыл нежное местечко, подарив очередной порочный поцелуй, тихо вскрикнула, ослепленная яркой вспышкой удовольствия. Ох, да-а…