Я же еще немного почитала и легла спать — завтра предстоял этот бал, значит, подготовка начнется чуть не с самого утра. Так положено…
…И снова нежные объятия, тихий шепот, прикосновения, от которых тело становится невесомым, а сердце бабочкой вспархивает из груди. Нежные поцелуи, забирающие дыхание и душу, и все настолько нереально и волшебно, что в самом деле походит на чудесный сон…
— Кто ты? — пытаюсь выговорить непослушными губами, силясь разглядеть хоть что-то в бархатной темноте.
Ответом послужил лишь довольный смешок и очередной поцелуй, от которого в голове не осталось ни одной мысли.
— Скоро узнаешь, моя ведьмочка, — прошелестело около уха. — Недолго осталось…
Больше мне говорить не дали, и я могла лишь судорожно вздыхать и покорно отдаваться в умелые руки, тая от сладкого удовольствия, и где-то в глубине души надеяться, что скоро сны в самом деле перестанут быть только снами…
Утром меня, конечно же, разбудили в девять утра, личная горничная бесцеремонно ворвалась в спальню и раздвинула шторы, пока я нехотя выплывала из сна, смакуя остатки наслаждения. Ну а после завтрака — признаться, искала очередной подарок, но то ли у моего незнакомца не получилось, то ли не стал слишком баловать, — явились еще служанки, и началась подготовка. Ванны, притирания, массаж, снова ванны самые разные, маски для волос, лица, для тела… К моменту, когда наконец предстояло надеть платье, я подозревала, что в зеркале увижу вообще кого-то другого, а не себя. Признаться, так устала от самой подготовки, что ни волнения, ни душевного трепета перед балом не испытывала. Скорее бы все закончилось, и связаться бы с ба как-нибудь, посоветоваться, как выбраться из этой западни. И что такое учудить, чтоб точно выставили из дворца. Но ни в коем случае не с позором… Подводить семью не хотелось.
Наконец, служанки отступили от меня, дав понять, что процесс закончен. Я с некоторой опаской посмотрела в зеркало и уставилась на отражение, с трудом узнав себя. Волосы тщательно уложены волосок к волоску, локоны заколоты шпильками с сапфирами и аквамаринами, под платье. Кожа гладкая, бархатистая, и почти светится. Платье подошло идеально, и брошь на нем смотрелась очень естественно, как и кулон к нему. Да уж, незаметной остаться не получится.
— Вы просто красавица, леди Эстер, — восторженно выдохнул кто-то из горничных.
Ну, ладно. Пора идти. И я покинула свои покои. В коридоре уже ждал лакей, который проводил до бального зала, куда стекались остальные гости. Конкурсанток я увидела сразу — они разноцветной стайкой стояли в сторонке у входа в зал, с любопытством оглядываясь. Платья больше походили на пышные цветы, обилие кружев, рюшей, нижних юбок. А вот при виде меня лица разом приобрели кислые выражения, и взгляды одинаково враждебные, я аж умилилась про себя.
— Хорошего вечера, леди, — лакей поклонился и отошел, оставив меня в компании не слишком дружелюбно настроенных конкуренток.
Конечно, в нашу сторону все косились, конечно, я ожидала от барышень едких замечаний, но прицепиться в моем внешнем виде было не к чему. Я выглядела безупречно. И досада во взглядах дарила определенное удовлетворение. Может, я и не жажду выиграть этот отбор, только унижать и оскорблять себя тоже не позволю. Достигнуть напряжению пика не позволил появившийся ректор Мердор. В темном с серебром камзоле, непривычно серьезный, но я подметила рассеянный взгляд, словно лорд Ричард был погружен в какие-то свои мысли. На несколько мгновений его глаза задержались на мне, и в глубине вспыхнул довольный огонек, а у меня точно так же зазудело беспокойство. Что-то явно случится на этом балу…
— Леди, прошу, — отрывисто произнес он и шагнул к распахнутым дверям зала.
Девушки засеменили за ним, стараясь ненавязчиво оттеснить друг друга, чтобы оказаться поближе к предмету вожделения, ну а я со спокойным сердцем пристроилась позади всех, не жаждая оказаться в первых рядах. Зал был великолепен: позолота, лепнина, роспись цветами и растениями, отчего казалось, что находишься в огромной беседке. Всюду стояли живые цветы, и они же украшали зал, магия помогала им не вянуть долгое время. Конечно же, весь цвет аристократии, много молодых девушек, стреляющих глазками по сторонам, и среди них выделялись студенты Академии в парадных камзолах своих факультетов. Мой взгляд невольно выискивал знакомую сутулую фигуру…
— Его величество император Бертус, — разнесся торжественный, усиленный магией, голос церемониймейстера, и все гости в едином порыве присели в реверансах и склонились в поклонах.
Пришлось и мне опуститься, приветствуя правителя. В голове лихорадочно метались мысли, кого же он пригласит первой, открывать бал, и я молилась всем богам, чтобы не меня. Нет, не хочу. Не надо мне такого сомнительного счастья. Я ухитрилась повернуть голову, чтобы видеть, куда идет император, и когда он остановился чуть поодаль, протянув руку какой-то другой барышне, едва не подпрыгнула от облегчения. Ура. Музыканты тут же заиграли торжественный фигурный танец, которым обычно и открывали балы, придворные выпрямились, оживленно переговариваясь и переглядываясь. Дамы усиленно замахали веерами, стреляя глазками по сторонам. Середину зала освободили, ко мне тоже подошел кто-то, я даже не обратила внимания, кто, просто подала руку и все. Танцевать мне нравилось, отказываться я не видела смысла. Главное, чтоб ни ректор, ни император не подошли…