— Так что случилось? — задал папа самый главный вопрос, покосившись при этом на Кристу, прижимавшуюся к мужу.
— Землетрясение случилось, и как следствие, обвалы, — буркнул Шейн, осторожно обняв Кристу свежевылеченной рукой.
Мама приглушенно ахнула, сестра побледнела, с тревогой посмотрев на мужа, а папа нахмурился.
— Техномаги? — уточнил он.
— Нет, — удивил ответом Шейн. — Они как раз спасли нас, и если бы не они, неизвестно, сколько бы на самом деле погибло. У них были какие-то приборы, которые помогли предсказать это землетрясение, но пока их послы убеждали наших твердолобых начальников, что это не ловушка, все началось. Однако, когда пошли первые, еще слабые толчки, все сразу поверили. У техномагов нашлись такие хитрые штуки, они каким-то образом помогли замедлить толчки, и большинство удалось уйти, но многие все же попали под завалы.
— Ох, страсти какие, — всплеснула мама руками, а я снова подумала о Саймоне и сердце сжалось от тревоги.
Как он там?.. И как мне узнать, что с ним, в порядке ли, не пострадал? Мы все разошлись по своим комнатам, отдыхать и отсыпаться, а к обеду пришла следующая порция новостей. Тоже тревожная… Несмотря на помощь техномагов, раненых и погибших достаточно, но если бы не они, то их было бы больше. О братьях никаких сведений, и замок опять замер в напряженном ожидании, страх буквально витал в воздухе. К вечеру пришли долгожданные списки, и оказалось, что все живы, только старший сломал руку. А вот когда в разделе погибших и пропавших без вести я нашла имя Саймона… Пришлось срочно уйти к себе и переживать эмоции там, объяснять что-либо родным не хотелось. Единственное, что давало надежду — все же, не среди погибших, а просто пропал без вести.
Остаток дня прошел для меня как в тумане. Хорошо, все списывали мое состояние на усталость и волнение, и особо не дергали, только бабуля время от времени задумчиво так смотрела, но не расспрашивала. На следующий день ближе к вечеру вернулись братья, принеся новую порцию новостей. С техномагами заключили перемирие на месяц, и за этот месяц окончательно решат, что делать. И, наконец, нас просветили, как вообще началось это нелепое вторжение.
ГЛАВА 12
— На самом деле, все просто роковая случайность, — слово взял мой старший брат, Брайен. — Не было никакого пересечения границы, ну то есть, было, только оно являлось следствием, а не причиной. Кто-то в пограничной крепости подумал, что увидел лазутчика на склоне и сдуру запульнул огненным шаром, решив отличиться перед начальством, только не учел, что вокруг горы, снег, и крутые склоны. За этим умником начали и другие стрелять, и в результате случилась лавина, причем затронувшая и соседние склоны, — Брайен поморщился. — Еще и скалы некоторые рухнули, а кто-то очень умный, тоже не разобравшись толком в ситуации, решил, что соседи-таки пошли на прорыв и использовал магию земли, чтобы устроить локальное землетрясение. Типа, надеялись, что это завалит наступающие отряды врага. Только завалило не их, а нас. А техномаги перешли границу только после того, как их приборы засекли это клятое землетрясение, помощь оказывать, типа им такой победы не нужно. А до того стояли себе спокойно в паре километров от нас. Короче, сейчас будут все дружно думать, как выходить из этой ситуации.
А я вспомнила, как император говорил о том, что техномаги уже предлагали мир на вполне приемлемых условиях. Что ж, будем надеяться, все разрешится к обоюдному согласию сторон. И что к завтрашнему дню имя Саймона исчезнет из списков пропавших, сведения менялись быстро, по мере разбора завалов, и следующая порция сведений должна прийти как раз к утру.
Только вот утром его в списках выживших по-прежнему не было, все так же пропал без вести. И через день… и на следующий… И так до конца недели. Я нервничала все сильнее, стараясь не показывать остальным мои эмоции, и старалась пореже пересекаться с родными, и когда меня утром вдруг затошнило, списала все на переживания и беспокойство. Когда внезапно захотелось пирожков с клюквой — это в разгаре лета-то, — тоже не придала значения, тем более, засахаренная ягода нашлась у нас в погребе. В прошлом году бабуля запасы делала, и я ей помогала, кстати. Когда разозлилась на служанку за пустяк и чуть не запустила в нее тапкой, а потом едва не разревелась от нахлынувшей беспричинной обиды на Саймона, за то, что посмел пропасть без вести и оставить меня в неведении, тоже ничего не заподозрила.
И только когда неожиданно задумалась, что мои женские дни как-то не торопятся приходить, заподозрила неладное. Выждала для верности еще пару дней, в течение которых меня с утра регулярно выворачивало, и на завтрак я могла пить крепкий черный чай с мятой и лимоном, и больше ничего. И только потом собралась с духом и обследовала себя сама… Чтобы убедиться в том, что симптомы однозначны: я ждала ребенка. Ну да, в ту нашу единственную ночь я как-то меньше всего думала о предохранении, не до того немножко было. Новость вызвала поначалу растерянность — все же, я не планировала материнства так скоро, и немного подумав, решила не сообщать пока никому — в моих силах было укрыть изменения в моей ауре. Тем более, сейчас все носились вокруг Кристы. Не то чтобы опасалась осуждения, внебрачный ребенок для ведьмы — не такой уж скандал и нарушение приличий, только я не хотела отвечать на вопросы, кто отец. Радость от осознания собственного положения пришла чуть позже, и изрядно омрачалась тем, что Саймон скорее жив, чем мертв, и вполне возможно, малыш никогда не познакомится со своим папой…