— Они ушли. Видимо он решил провести его до… — вдруг, как ни в чём не бывало, промолвил Аллан.
— Заткнись! Закрой свой рот, Аллан! — резко перебила его я, со всей силы толкая в широкую грудь. — Молчи! Замолчи сейчас! Ничего не говори! Просто помолчи! Я не хочу слушать тебя! — вновь отчаянно хватаюсь в жесткую ткань, словно она сможет спасти меня.
Меня никто не сможет спасти от его рук, что пробрались под самую кожу, сжимая сердце.
Вырви его, прекрати эти мучения, чертов волк.
Я судорожно трясла его за одежду, вытирая свои сопли об ткань чужой рубашки. Лицо утыкается в его грудь, вереща неразборчивые звуки. Мне чертовски обидно, что так вышло! Так больно за герцога, который хотел мне помочь просто так! Я не была готова к такой жестокости со стороны того, кто так нежно обнимал меня.
Он промолчал, осторожно прикоснулся к моей дрожащей от истерики спине, успокаивающе поглаживая. Его руки обжигают. Аллан, словно не дышал, молча уткнулся мне подбородком в макушку. Я рыдала громко, стояла в его крепких объятьях и не могла найти в себе силы, чтобы отойти от него. В этот раз его прикосновения душат. В его руках тепло, но холод синих глаз мог заставить меня трусливо скрыться среди пышных деревьев. Я всеми клеточками тела чувствовала этот холод, что был обращён в сторону леса. Он преследовал их глазами, наводя на меня панику. Я боялась, что он сорвется с места и бросится в погоню.
— Почему, Аллан? Зачем? — хриплю едва слышное, зная, что он обязательно разберёт мой тихий лепет. — Зачем ты это сделал? Зачем ты набросился на него? Зачем ты так поступил? За что?
— Прости, если разочаровал. — это прозвучало так небрежно, совсем неискренне, будто бы чертова насмешка. — Наверное, ты сильно испугалась?
Я резко оттолкнула его от себя, прожигая обиженным взглядом. Его руки удержали меня за талию, не отпустили, а сжали в кольце рук.
Какого черта? Зачем он так поступает со мной?
— Напугал? — он, словно ничего не произошло, очаровательно улыбнулся, непроизвольно вытирая свои руки об мой спортивный костюм, пачкая меня кровью. — Не бойся, этого больше не повторится, Каролина.
Я испуганно вздрогнула, громко сглотнула острый ком в горле, чувствуя, как большая ладонь заботливо вытирает с моих щёк слёзы. Я перехватила его запястье, гневно глядя в глаза мужчины. Обида такая ядовитая, что мне сносит крышу. Из-за него я не узнаю, что задумал Леон. Теперь герцог не придет по мне, не захочет помочь. Я заскрипела зубами.
— Проваливай. Убирайся, я не хочу тебя видеть. — шиплю Аллану в лицо, замечая, как моментально потемнели его глаза. — Уходи! Проваливай, Аллан! Я не хочу тебя слышать! Убирайся, уходи прочь!
— Каролина… — его голос неожиданно дрогнул.
— Не произноси моё имя сейчас! Не зови меня по этому имени! Не смей произносить это имя своим чертовым ртом! — обиженно завопила я, глотая солёные слёзы.
Он удивлённо замер. Остановился, когда хотел шагнуть ко мне ещё ближе. Руки его не отпускали, отчего я беспомощно заметалась в его хватке, стараясь вырваться. Я старалась ударить его ногами, топталась по нему, а он всё не отпускал. В синих глазах буря, чертова боль.
— Уходи, пожалуйста. — повторяю тихое, агрессивно растирая слёзы по щекам. — Оставь меня. Отпусти! Не трогай меня, Аллан! Мне больно! Больно, слышишь?!
Я солгала, отчего он резко вздрогнул, словно приходя в чувства.
— Прости меня, — вдруг прошептал мужчина, продолжая удерживать, но теперь нежно поглаживая мои локти. Эта хватка не приносила мне боли, не вызывала отвращения, но здравый смысл вопил об опасности в его лице. — я не смог контролировать себя. Просто крышу сорвало, когда увидел вас вместе. Мне жаль, Каролина. Мне очень жаль, я сам не понял, что на меня нашло. В глазах, будто бы пелена стояла.
Я наконец-то посмотрела на него, почувствовав резкое умиротворение в чужих руках. Так не должно быть, но я наивно верила. Застыла, словно чертов трусливый кролик и не могла подобрать слов, глядя в его прекрасные глаза напротив, что вдруг заслезились. Он неторопливо поднял голову, посмотрел в ночное небо, молча кивнул своим мыслям и наши взгляды вновь пересеклись, разбивая меня на куски.
— Я очень сильно расстроил тебя? — спросил он едва слышно. — Напугал?
— Очень сильно. — я всхлипнула.
— Прости, мне очень жаль. Не плачь, прошу.
Внезапное прикосновение к щиколотке заставило меня вздрогнуть, переводя глаза вниз.
— Мне остаться рядом с тобой, Маргоша? — тихонечко поинтересовался кот, с опаской глядя на молчаливого оборотня. Он доверчиво потёрся об мои ноги. — Я не хочу оставлять тебя с ним наедине, он слишком взбудоражен.
— Каролина. — жалобно позвал меня Аллан, отпуская.
— Марго. — грозно поправил его фамильяр, притягивая меня хвостом к себе.
— Не стоит. — я нервно обняла себя за плечи, ответила лишь спустя пару минут напряжённого молчания. — Он не навредит мне. Подожди меня дома, я хотела кое-что сказать.
— Как знаешь. — нехотя произнесло животное, медленно заходя в дом. — Я буду ждать.
Мне стоило сейчас уйти, зло хлопнуть дверью и ударить Аллана по лицу, как он сделал это с Бертом. Кричать во всю глотку, разрывая гланды, но я почему-то вновь промолчала. Больше не плакала и не уходила, чего-то наивно ждала. Чуда не будет. Ветер путал мои волосы, еле уловимый запах крови давил на сердце камнем непонимания. Почему? За что? Я хочу услышать его ответ, но он молчит. Не прикасается ко мне руками, но обнимает своим нежным взглядом.
— Почему ничего не говоришь? Не молчи. — мой голос неожиданно осип, я посмотрела на мужчину. — Оправдывайся, кричи и ругайся, главное не молчи! Я хочу услышать от тебя правду! Ответь же мне! Почему ты молчишь?!
— Хочу запомнить каждый миллиметр твоего лица, — внезапно ответил Аллан. — чтобы никогда не забыть твои густые ресницы и едва заметные веснушки. Ты знала, что на этом милом лице есть веснушки? А на задней стороне шеи есть маленькая родинка. Знала, Каролина?
— Не надо. — слёзы в который раз застелили глаза, угрожая сорваться с густых ресниц. — Не запоминай, не смей. — вырывается жалобное.
— Я всё равно это сделаю. — он шагнул ко мне, аккуратно, но в то же время решительно перехватил за хрупкие плечи и практически заставил смотреть ему в глаза.
В них бушует наглое море, оно вот-вот затянет меня на дно, затопит своим откровением.
— Отпусти. Не надо. — оказываю слабое сопротивление, слыша, как громко бьются наши сердца в унисон.
— Я хочу поцеловать тебя.
Это было больно, неожиданно ранило в самую душу. Чертово неуместное признание, отозвалось во мне бешенством.
— Что ты себе позволяешь?! Что ты творишь?! — кричу сквозь чертовы слёзы, что скатились по коже. — Зачем ты это делаешь?! Зачем ударил его?! За что, Аллан?! — я вновь ударила его по груди, в этот раз намного сильнее. — С какой целью?!
— На нём твой запах, Каролина! — неожиданно повысил на меня голос брюнет, сверкнув своими синими глазами, что так ярко сияли во тьме ночной. — Он прикасался к тебе!
Нечеловеческие глаза разъярённого волка. В них неутолимая жажда, голод, что заставит зверя перегрызать глотки. В его глазах моё испуганное отражение.
— И что?! Что с того?! — я наконец-то оттолкнула его, образуя небольшое расстояние между нами. — Мы даже не встречаемся! Мы почти незнакомы! Я тебя совсем не знаю, поэтому ты не имеешь права так себя вести! Запах? Издеваешься?! Это не твоё дело! Ты мне никто!
Каким бы нежным не был ваш ласковый зверь, вы вместе коснётесь морального дна. Жертва в его руках с последним вздохом потеряет рассудок.
Аллан вмиг оказался возле меня, грубо притянул к себе, выбивая из груди испуганный вскрик. Жар его тела опалил сквозь одежду, отчего я сразу же попыталась выбраться из его жесткой хватки, беспомощно брыкаясь в чужих руках. Я уперлась ладонями ему в грудь, но это меня не спасло.