Хоть из них двоих только Асия была ведьмой, чувства, которые Алек вызывал у ее тела и сердца, честно говоря, слишком походили на результат заклинаний. Об этом, конечно, сложно думать без беспокойства.
Красота Алека, которая сразу привлекла Асию, сейчас стояла далеко не первой в списке его сильных сторон. Когда она думала о нем, на ум приходила доброта, отражавшаяся в каждом движении. Сердце наполнилось теплом при одной мысли об этом.
Угроза влюбиться окончательно и бесповоротно в Алека Форсайта неминуема. Далеко не самый умный поступок с ее стороны.
Асия до сих пор не понимала, почему Алек выбрал ее. Она знала, что хорошенькая, но какая-то бледная и худенькая – виной всему волосы и очень светлый цвет лица. Когда Асия была младше, она мечтала выглядеть как героини манги: с блестящими каштановыми волосами, большими глазами, то невинными, то озорными, маленьким вздернутым носом и милыми веснушками.
Вместо этого природа наградила ее белым лбом классической формы, скромным овалом лица и голубыми глазами, которые были, пожалуй, единственной чертой, выделявшей ее из толпы хорошеньких девушек. Плюс губы, полные и слегка надутые, не давали лицу выглядеть совершенно тусклым. Асия не кружила головы мальчишкам, и ей никогда не свистели вслед на улице, но некоторые тем не менее не стеснялись флиртовать с ней.
Алек не попал в их число. Он был серьезен, не обращая внимания на собственную красоту, и, пожалуй, даже слишком добр. Асия не могла понять, как такой завидный жених оказался одиноким в маленьком городке.
Ему впору возглавлять какой-нибудь список в стиле «самый красивый холостяк Исмана».
Может, Алек выбрал ее не потому, что она воплощала в себе то, что он искал в девушках, а потому, что она полная противоположность идеала? Потому что в его глазах она экзотика?
Асия заподозрила это в тот момент, когда он произнес ее имя. Обеспокоенная недавно открывшимся семейным положением, она попросила его о помощи с некоторой неохотой, которую он, должно быть, заметил.
Добавить еще два раза, когда Асия оттолкнула его, в первый раз вполне реально на скале, и второй – сообщением на автоответчике. Ее образ в сознании Алека вряд ли выходил очень лестным. Неужели он так привык к тому, что его обожают женщины, что, когда одна из них отталкивала его, находил ее очаровательной? Нравилась ли она ему тем, что была Рэйвен, своего рода мифической добычей для семьи Форсайтов? Возникла ли ее привлекательность из смеси этих двух факторов?
Ее недоумение еще больше усугублялось тем, что Алек не вел себя как мазохист или человек, ведомый темными желаниями. Вовсе нет. Если его улыбки и отдавали иногда оттенком меланхолии, все его существо излучало доброту, и Асия чувствовала потребность, теперь почти жизненную, греться в ней. Если Алек изменится или вдруг обнаружатся новые мотивы заботы о ней, Асия не знала, сможет ли жить дальше без его тепла.
Сложно сказать, что в новом городе ее окружала куча друзей и большая семья… Позитива эта мысль не прибавила.
Асия застонала и раздраженно спрятала голову под подушку.
Нужно хорошенько выспаться, прежде чем отправиться на охоту за осколком. Однако она могла думать только об Алеке. Интересно, он уже вернулся с вечеринки? С кем он там был и о чем разговаривал? Он сейчас отдыхал в своей постели? Может, он заснул, думая о ней?
«Побереги нервы, дорогуша. Если ты продолжишь в том же духе, тебе придется совершить долгую пробежку, а затем принять очень холодный душ. Пора спать».
Попытки заснуть заняли какое-то время, и в результате Асия незаметно для себя провалилась в сон.
Прислонившись к каменной скульптуре в тенистом зеленом островке в центре площади, Асия сделала передышку.
Если выбирать, она предпочла бы сесть на скамейку, но это проблематично, когда ты невидим: в любой момент обычный человек мог выбрать именно место твоего отдыха, и тогда привет, последствия.
Художник-модернист, подаривший скульптуру городу, создавал ее вовсе не для того, чтобы на ней сидели, но неровные гребни, образовывающие удобное место, продолжали привлекать внимание Асии. С полузакрытыми глазами, она дала себе еще пять минут передышки, прежде чем возобновить путь.
Асия обвела четыре фиолетовые точки в городе: места, где преступления повторялись сорок или более раз. В поисках осколка Асия то поднималась по лестнице, то спускалась, что давалось не так просто с роликами, тем более она пыталась двигаться максимально беззвучно. Асия лавировала по коридорам и туннелям, проскальзывала за людьми как в обветшалые, так и в ультрасовременные здания. Она осматривала сады и дворы, поднималась по ступенькам и бродила при потрескивающем свете ламп в подвалах.
Точки, отмеченные фиолетовым, сулили наибольшую вероятность обнаружить осколки. Теперь, когда она просмотрела их вдоль и поперек и ничего не нашла, Асия задумалась, что делать дальше.
Она могла позвонить одному из друзей за советом – перспектива, которая не радовала. Ей вовсе не хотелось, чтобы они пытались подбодрить ее, что они обязательно бы сделали в этой ситуации. Она также могла вернуться домой и удовлетвориться тем, что сделала достаточно для одного дня.
Время от времени мысли выходили из-под контроля, и Асия подумывала пройти мимо офиса агентства недвижимости, где работал Алек, просто чтобы мельком его увидеть.
Красочные магазины, выстроившиеся вдоль площади, пролетали мимо, не привлекая внимания, когда одна из вывесок заставила Асию резко остановиться.
«ПОДВОДНЫЙ МИР».
Магазин, где Алек заказал для нее комбинезон после дня, проведенного в море. Ей казалось, что прошло много лет, а вовсе не восемь дней.
Знак представлял собой деревянную вывеску в форме доски для серфинга с большой синей волной на фоне золотого песка. Увидев ее, Асия почувствовала глубокую потребность увидеть океан. Послушать прибой, пройтись по горячему песку… В конце концов, у нее выходные. Она жила в приморском городке и бывала на берегу только раз в три недели. Однако оставались еще обязанности, которые она сама возложила на себя.
Разве что ей удастся совместить приятное с полезным, отправившись к морю, чтобы продолжить охоту за осколком там.
Приободрившись, Асия достала из кармана телефон и стала искать файл со всеми полицейскими данными, сгруппированными по цветам. Ей казалось, самые яркие пятна голубого или зеленого разместились именно у моря… Иногда телефон зависал, открытые страницы сайтов неудержимо прыгали. Асия открывала и закрывала файлы с происшествиями.
Одна из зеленых точек соответствовала морской геолокации. За последние шесть месяцев рядом с точкой, отмеченной как «жилище асоциальных групп», произошло крушение лодок и два несчастных случая. Океан и скала.
Асия пошла домой, чтобы забрать альпинистское снаряжение. Шикарно!
Перспектива восхождения с видом на бескрайнее море очень соблазняла.
Асия с облегчением вскочила с неудобного каменного сиденья.
После стольких часов, проведенных на роликах, ходьба казалась странным занятием, ноги словно из ваты. Еще и идти долго. Однако Асия продвигалась упругим, почти подпрыгивающим шагом по дорожке, обсаженной утесником и цветущим ракитником, которая, согласно навигатору, вела к тому самому логову троглодитов.
Добравшись до перекрестка, Асия перебежала его и вышла на второстепенную дорогу, крутой поворот которой вел в тупик.
Внезапно под ней оказался крутой утес, внизу которого грохотали волны. Она глубоко вдохнула морской воздух и улыбнулась. Стоило прийти сюда раньше.
Скалолазание у моря крайне ценилось альпинистами, потому что если недостаток концентрации и приводил к падению, то риск заключался лишь во внезапном погружении в ледяную воду.
Так как до этого Асия не исследовала утес, она взяла с собой самую большую веревку, которая у нее нашлась, длиной семьдесят метров. Всю дорогу веревочная змея заметно утяжеляла сумку. На самом деле Асия даже не собиралась заниматься скалолазанием, в ее план скорее входил простой спуск с вершины утеса. Нужно найти прочное место, где можно закрепить веревку.