Выбрать главу

Заглядевшись она отхлебнула молока и тут же скривившись тихо выругалась. Ивонет сунула нос в пакет и сразу же отдёрнула его от лица. Прокисло. Она собиралась поужинать оставшимися в сумке булочками... но аппетит тут-же пропал. Отплевавшись она решила, что и такое молоко вполне сгодится.

Сделав глубокий вдох она сунула два пальца в рот и воздух прорезал звонкий и длинный свист. Звук быстро отдалился как прыгающий камень по воде. Ивонет уставилась в небо средь домов в направлении Туманного леса. Несколько ставень распахнулись и из них высунулись не довольные люди, но как обычно не разглядев никого в темноте вновь быстро попрятались. Стражники у домов заозирались, но в который раз не отыскав источник звука замерли на своих постах. Они даже не подозревают, что над их головами сейчас без шумно парили такие же как и воздух чёрные птицы.

Стая воронов закружились взмахивая блестящими крыльями подобно огромным ночными мотылькам. Лёгкий ветерок от махов коснулся её лица. Налитые кровью глаза горели ярче любых огней.

В немом танце не издав ни звука они облепили колокольню и запрыгали по перилам и доскам. Они изворачивали головы с кривыми клювами дабы получше разглядеть обладательницу пакета молока. Один даже самый наглый сел впившись когтям ей на предплечье и принялся клевать и выдирать из жатых пальцев желаемоей. Но получив шлепок под клюв хлопая крыльями слетел на пол.

Ведьма принялась разливать по мискам молоко. Вороны тут же распушили перья и стали в нетерпении переминаться с лапы на лапу. И после к мискам на перебор кинулась оравы чёрных как сажа котов с красными вороньими глазами. Вели они себя совершенно не как четвероногие покрытые шерстью. Лапами они перебирали с лёгким прыжком отчего походка была аляписта и коса. Они грубо отталкивали друг-друга лапами от молока словно это были крылья совершенно не используя когтей. А хлебали молоко сильно запрокидывая морду. Они непрекрытно выдовали свою пернатую сущность, хоть и отличались молчаливостью.

Ведьма блеснув лезвием больших ножници добыла несколько лохматых длинных хвостов и завернула в мятый платок. Он мгновенно пропитался кровью. Если чёрные коты приносили неудачу, а вороны предвещали смерть, то такая смесь могла дать откровенное по своей жестокости несчастье с плачевным исходом - весьма занятно. За животных волноваться не стоило. Коты в миг обросли перьями, распушились и вернули себе кошачий облик. Новые ленты хвостов взвились мягким крючком. Ни один не издали ни звука, лишь всполошились из-за секундной боли. Как носители невезения они привыкли молчаливо испытывать его на себе, от того и само невезение всегда сваливалось на голову очень тихо. Ивонет нагнулась погладила одного из зверей от ушей до кончика хвоста. Тот развернулся и резко клюнул её по выше запястья. Точнее он просто ткнул её мокрым носом и вернулся к миске молока.

Ивонет не знала что это за звери. В книге было написано лишь что они прилетают из Туманного леса и приносят колосальную неудачу. И что их свойства они крайне необходимы в некоторых ядах. Их названия не было записано, да и Ивонет ещё не предстовлялась необходимость комуто о них расказывать.

Ведьма не заметила как на колокольню вспорхнул ещё один ворон и заметила лишь когда тот намернно влез в её поле зрения. Раньше он никогда ни появлялся здесь. Ведьма в секундном замешательстве свела брови. Ворон был бел как мел. Накинул кошачью шкуру он не сразу, некоторое время он наклонив голову неспеша оглядывался словно боялся, что его тут-же прогонят. Выглядел он понуро и как-то сгорбленно. На птичьих лапах передвигался он рвано, будто только недавно выбрался из гнезда, хотя он ни чем не уступал по размерам сородичам. Ворон всё же превратился в кота, но он так медленно и неуверенно обрастал шерстю, что создавалось впечатление будто он ждал её позволение. Абсолютно белоснежный кот не сводил с неё взгляд. Ивонет недоверчиво протянула к нему пальцы касаясь шерсти и тот изогнув шею стал ластиться, отираясь о ладонь. Неспеша он сделал несколько шажков к мискам которые уже обступили сородичи. Котом он двигался гораздо уверенней нежели птицей. С трудом он протолкнулся к молоку и сразу же его морда скривилась в почти что человеческом отвращении и он громко и протяжно мяукнул оборачиваясь к Ивонет.