На стол поставили сладкое. Различный мармелад, пастила и карамельки, вазы конфет, подносы пирожных и корзиночек с кремом, мятные помадки и зефир. Были здесь и шоколадные скульптуры лебедей, что возвышались и совсем не таяли. Фрукты в сахарном стекле блестели подобно яшме в отблеске свечей.
Янтарная госпожа тут же отправила в рот кусочек зефира и тот сладко растаял на её языке. Она хотела двумя руками загрести себе в тарелку побольше пирожных, но переведя взгляд на салфетку... Госпожа убрала руку под стол. Да и лесть за едой двумя руками неприлично. Она тут же подозвала слугу и тот наполнил ей тарелку.
Средь деревьев выстроился хор в желтых накидках - цвете Солнечной церкви - и стал протяжно запивать на разные голоса оды про Солнце и мир. Пели они очень красиво, протяжно. А слова и рифмы уносили куда-то за облака, невзирая на то, что облаков тут и вовсе нет. Певцы широко разевали рты беря низкие и звонкие ноты, что разлетались эхом по залу. Янтарной госпоже так понравилось, что она даже по окончанию захлопала, но быстро стушевалась под взглядами Совета. Певцы также отвесили ей поклон прижав ладони к плечам и вышли.
Дальше состоялось представление для которого и требовались декорации. Это была короткая народная история рассказывающая о самом Совета. История о том, как Боги создали небеса и Святила, обеспечив бессмертное подполье счастьем, а после даровали всё это на землю где бушевали кровопролитные войны и болезни. И чтоб и в подпольях осталось счастье Боги самолично спустились вниз и провозгласили себя всесильным Советом и отныне следят за здешним порядком. Конечно эта история была выдумана впечатлительным народом как и тысячи других, но эта обрила небывалую популярность. Именно это событие считают началом всего. Народу Дюны неизвестны ни лица Совета, ни их внешность ни тем более их количества. Поэтому их изображали как высокую толпу в тёмных как ночь балахонах.
Совет наблюдал за сценой в пол глаза - они явно были знакомы с этим произведением. Они больше отдавались поеданию сладостей. Янтарная госпожа тоже не отказывала себе и с наслаждение слизывала крем с пальцев.
Дальше на сцене развернулись и более новые сценарии, которые совет смотрел с большим оживлением. Но все они были как на подбор скучны. В каждой из них Совет представал группой сошедших на землю богов, что кормили бедных и отбирали у пьяниц бутылки. Народ не смел наделять истории более интересными сюжетами дабы не обидеть своих покровителей. Вот если бы один из Совета например придался каким-нибудь низким порокам, а остальные наставляли бы его на путь истинный... Было бы в разы интересней.
Дальше последовало то ради чего все и собрались. Из-за деревьев выкатили белоснежный рояль, собрались музыканты. Люди в белых карнавальных масках выпрямились сжимая в руках инструменты. В зал прошествовала девушка с накрученными светлыми локонами. Маска у неё переливалась серебром и сразу можно было сказать кто же являлся центром сегодняшнего концерта. Взметнув полы фрака она выгнув спину устроилась перед рояле и взметнула руки. Те нервно дрожали. Девушка хоть и улыбалось, но всё же судорожно поглядывала на пюпитр. Ноты были похожи на рой не послушных мотыльков, что разлетелись по нотным листам и никак не желали собраться в кучу.
- Это её первое выступление - Вновь зашептала Жемчужная ей на ухо. - Девочка очень волнуется, даже просила перенести выступление.
- Диас, назначил день так внезапно, что я даже удивляюсь как они успели все подготовить. - Подал голос Рубиновый, что расслышал их перешёптываться.
Дирижёр в белом цилиндре постучал палочкой о пюпитр, давая знак чтоб все приготовились. Лёгкий взмах и полилась капель клавиш. После вступили скрипки, и отбили дробь барабаны.
Совет медленно поглощал сладости под прелестные переливы музыки, как Янтарная госпожа уставилась в тарелку. Вилка с кусочком торта так и опустилась обратно. Она быстро заморгала. Её посетило странное чувство, такое ненавязчивое, как первые снежинки, но такое же заметное. Не обращая на это внимание она подняла голову и принялась дальше наслаждаться концертом, но вилку она отложила.
Музыка лилась, витыми переливами, волнами, задевала звонкие ноты и уходила в низкие.
- Фальшивит - Вдруг в пол голоса пробубнил Сапфировый господин, с с презрением глядя на девушку за роялем.