Возле кабинета ей пришлось минут пятнадцать ждать. Венда вспомнила, что Валдис остался один и сердце ее сжалось от бессилия. Одиночество для него полезнее, чем близость жены. Ах, об этом лучше не думать, не думать…
Гинеколог внимательно обследовала и подробно расспросила молодую женщину. Занесла все сведения в карточку. Записала рабочий телефон и место работы мужа. Наконец наступил момент, когда пациентка отважилась сказать:
— Мне кажется, я носитель инфекции.
— Какой инфекции?
— Не знаю. Вероятно, это могли бы установить серьезные лабораторные анализы. Тех, что вы назначили, по-моему, недостаточно.
— Как такая мысль вообще пришла вам в голову? Есть какие-нибудь признаки?
Венда покраснела. Эта самоуверенная и на вид умная женщина ее смущала. С тех пор, как Венда перебралась в Ригу и поверила в благоприятную судьбу, она стала робкой и стеснительной.
— Люди, очень многие, которые долго жили рядом со мной, с моей мамой и бабушкой, заболевали и умирали.
Врач внимательно посмотрела на Венду.
— От какой болезни?
— От разных. Мы каким-то образом их отравляем, — несмело ответила Венда. Ей казалось, что эта умная женщина слушает ее недостаточно внимательно, а может быть, просто ей не верит. Врач заглянула в паспорт пациентки.
— Вы недавно в Риге?
— Из деревни?
— Да.
— Зайдите в пятнадцатый кабинет.
— Хорошо.
— Смотрите мне в глаза! — неожиданно повысила голос врачиха.
Венда удивленно, непонимающе посмотрела в зеленовато-серые глаза. Врач велела взглянуть в окно., затем на ее палец. Венда послушно выполнила все требования.
На дверях пятнадцатого кабинета было написано: «Психиатр». Рядом, на стуле сидела женщина лет пятидесяти с испитым лицом и желтыми, прокуренными пальцами.
— Вы к психиатру? — изучив Венду с головы до пят, спросила наконец женщина, произнеся слово «психиатр» с придыханием, из чего Венда сделала вывод, что психиатра та считает самым большим начальником среди врачей.
— Да.
— К другим врачам ходят только идиоты. Если хвороба настоящая и в голове все дома, идут к психиатру.
Венда сделала вид, что не слышит. Женщина бесцеремонно продолжала ее разглядывать и наконец произнесла:
— Ты, девочка, далеко пойдешь.
Венда улыбнулась. Ободренная улыбкой, собеседница наклонилась к ней, очевидно, настраиваясь на долгий разговор. Но тут дверь открылась и мужской голос произнес:
— Следующий!
Венда осталась одна. «Суеверие, — думала она. — Какое сложное, какое неясное понятие. Кого же обвинить в этом случае в суеверии?»
Минут через пять женщина вышла из кабинета, довольная и улыбающаяся.
Вошла Венда.
— Я вас, кажется, напрасно потревожила, — сказала она тихо.
— Ничего. Тем лучше. — Мужчина встал и направился ей навстречу. От него исходило спокойствие. «Психотерапия личностью», — подумала Венда и внезапно ощутила, что к ней вернулась смелость, исчезло чувство стыда, которое она испытывала, понимая всю нелепость визита. Врач предложил ей сесть, сел сам. И глядя на нее с веселым любопытством, заговорил:
— Вы действительно правы. Ко мне иногда направляют только потому, что сами не хотят работать. Что бы вы делали на моем месте?
— Не знаю. — Венда пожала плечами.
— Да. Но так ответить врач не имеет права. — Психиатр улыбнулся.
— Понимаю. — Венда кивнула.
— С чем же вас прислали? Так, так. Предположительно: навязчивая идея. Ну так что же это за странная, смущающая гинекологов идея? — Врач говорил спокойно, доброжелательно, с легким оттенком иронии в адрес коллег.
«Вероятно, это тактика всех психиатров», — решила Венда.
— Дело в том, что я из рода ведьм. И сама я ведьма.
Психиатр кинул на нее молниеносный взгляд и тут же опустил глаза. Смущение его длилось мгновение и было почти незаметно.
— Это интересно. Я надеюсь, что вы не всем об этом рассказываете?
— Нет.
— Очень хорошо. Есть вещи, которые можно доверить только самым близким, ну и, конечно, врачу тоже. Кто еще знает, что вы ведьма?
Венда молча изучала лоб психиатра. Ее вдруг охватило предчувствие, что и этот визит окажется бесполезным.