— Скажите, ваша заявка на исследования включена в тематический план? — резко спросила она и, не дождавшись ответа, быстро заговорила о том, что институты имеют конкретный тематический план, который обязаны неукоснительно выполнять, темы распределены между отделами, лабораториями, что вносить в него изменения, по мнению большинства авторитетнейших лиц, можно только в случае чрезвычайной необходимости. Она добавила, что и сама двумя руками поддерживает такой порядок, ибо «этот порядок способствует решению комплексных, целенаправленных проблем, предоставляет сотрудникам возможность разрабатывать серьезные диссертации». Она, похоже, долго бы еще рассуждала в таком духе, если бы Венда не прервала ее, заметив, что объектом исследований является она, Вендига Дзенис.
— Как это понимать? — спросила несколько ошеломленная собеседница.
— Во мне есть какой-то вирус, который переходит только на тех, кто долго со мной живет, — сказала Венда, пытаясь заинтересовать сидящую перед ней женщину, отвлечь ее от чрезмерно обобщенных истин административного характера.
— Вирус? — спросила координатор.
— Да.
— Но вирусами занимается главным образом Институт микробиологии.
Женщина открыла было рот, чтобы выдать обширную информацию об этом институте, но Венда не дала ей начать.
— Они уже занимаются мной.
— Что же вам еще надо? — удивленно спросила медик. И Венда вынуждена была признать, что вопрос задан логичный, только тон, каким он был задан, исказил мысль.
— Они говорят: действие такого вируса может иметь тысячи последствий, и лучше всего объяснить и понять их можете вы — медики, — пояснила Венда.
— О, это да, — охотно согласилась координатор. — Биологи, слабо ориентируясь в элементарных вопросах медицины, зачастую могут наговорить такие чудеса… А вы уверены, что это вирус?
— Может и не вирус, — Венда опустила голову.
— А почему вы решили, что в вас сидит какая-то инфекция? Они ее открыли?
Умалчивать об истинной причине больше было нельзя. И в конце концов, кому же еще рассказать о своей страшной судьбе, как не координатору научных исследований?
Однако Венда говорила не долго. Ее рассказ прервала лавина вопросов, перемежавшаяся с пояснениями.
— В каком районе это произошло? Невероятно! Ни в Министерстве здравоохранения, ни в институте данных об этом случае нет. Все казуистические случаи тщательно регистрируются, информация организована прекрасно. Вы же понимаете, что мы научно-исследовательское учреждение, куда подобная информация поступает в первую очередь. Простите, но ваш рассказ похож на сказку. Фольклор. Может быть в какой-то глухомани, хотя в это не хочется верить, и существует легенда о женщинах-ведьмах, которые доводят до смерти мужей, но…
— Мой муж тяжело болен, — довольно резко прервала ее Венда. — Дорога каждая минута.
Собеседница была недовольна тем, что ее прервали, но доброжелательное выражение лица Венды ее успокоило и она продолжала делиться своими соображениями по поводу веры в существование ведьм. Венда из газет знала об обструкции, существующей в английском парламенте, и заглянув в словарь иностранных слов, выяснила, что это значит. Ей показалось, что обструкции сейчас подвергается она: обрушили на нее лавину слов, чтобы только не прояснилась истина.
— Скажите, пожалуйста, — прервала она поток красноречия, — есть ли кто-нибудь, кто бы заинтересовался этим невероятным, но существующим на самом деле фактом?
Собеседница оценивающе посмотрела на Венду:
— Знаете, к нам приходят разные люди. Один предлагает живую воду, которая излечивает все болезни, второй изготавливает в своей личной лаборатории универсальные лекарства от рака и требует от нас положительного официального отзыва… — Она продолжала перечислять чудеса, а Венда в это время напряженно думала, какими же словами переубедить сидящего напротив врача, как доказать ей свою умственную полноценность.
— Простите! — снова перебила ее Венда. — Где лаборатория, которая работает с вирусами, ферментами, гемоглобином?
— Такой темой, которая нужна вам, никто не занимается, — ответила собеседница.
— А может быть, кто-нибудь возьмется добровольно? — заметила Венда.
— Кто это возьмется? Темы разработаны и утверждены. Вы не имеете ни малейшего представления о научной работе. Одну какую-нибудь тему, и так бывает, разрабатывают целые научные коллективы. Каждый заинтересован в том, чтобы закончить свою тему. Ни один из тех, кто стремится достичь чего-нибудь в жизни, не возьмется за столь туманное, фантастическое исследование. К тому же, насколько я понимаю, нет ничего конкретного, все опирается на воображение. Тему даже сформулировать невозможно. Как же ее включить в план?