— Яра, я ж не каменный, — произнес он неуверенно. — Переживаю. За всех. Я тебя обидел? Я не хотел.
— Знаю, — кивнула я. — Миш, ты уходишь, потому что куда-то спешишь?
— Нет, — признался он. — Сбегаю. Мне сейчас только Аси не хватает.
— Тогда прогуляемся вместе? Поговорим?
— А что… Что-то новое о Матвее? Ладно. Куда пойдем?
— Да хоть в ущелье. Покажи мне его при свете дня, — предложила я.
Мимо нас прошли Катя и Ася, держа за ручки тяжелую хозяйственную сумку. Мы с Мишкой проводили их взглядами.
Глава 23
Стоило признать, в Березовском ущелье красиво. По дну ущелья текла речка — та самая, что шумела за забором Мишкиного дома. Тропа шла вдоль нее, забирала чуть вправо или чуть влево, перескакивала на другой берег. По обе стороны от тропы — отвесные скалы: и голые, и густо поросшие зеленью. Разнотравье благоухало на солнце, и среди запахов я различала знакомые — чабреца и ромашки. А вода — ледяная! И как мальчишки в ней плескались…
Правда, и сейчас любоваться красотами некогда. Но вчера утром я их вовсе не замечала.
Я рассказала Мишке о выходке Головина и о нашем с Савой договоре. Мишка эмоций не скрывал — на Венечку злился, мне сочувствовал. Обрадовался, что мы с Савой все же не расстались по-настоящему.
— Спасибо, что не стала обманывать, — сказал Мишка. — Я понимаю, чего вы опасаетесь, и не выдам вас. Но разве ты об этом хотела поговорить?
— Ты проницателен, друг мой, — грустно улыбнулась я. — И, наверняка, ощущаешь мои сомнения. Да, Майк, я сомневаюсь, но не в тебе. Не уверена, что втягивать тебя… Вернее, наоборот. Абсолютно уверена, что втягивать нельзя. Но у меня немного вариантов. Поэтому отказ — это нормально. Договорились?
— Яр, куда втягивать? Ты нормально скажи, — попросил Мишка.
Тропа уперлась в груду камней. Мы легко перемахнули через них и продолжили прогулку.
— Я говорила, что дела у Матвея плохи. Это даже Александр Иванович признает. Нужно искать настоящего убийцу. Зацепок нет. Единственный вариант — допросить Павла. Но он, как ты понимаешь, незаконен.
— И неосуществим, — добавил Мишка. — Или у тебя есть знакомый ведьмак, который согласится подставиться?
Как ни странно, я испытывала куда большее удивление, чем он. Мишка, кажется, не удивился вовсе. Что ж, он-то о ведьмаках знает. Может, тоже думал над этим вариантом.
— У меня нет знакомого ведьмака, — сказала я. — Я пытаюсь его найти. У тебя никого нет на примете?
— У Глафиры уже спрашивала?
Мишка испытывал злость. Но какую-то… локальную, внутреннюю. На себя, что ли? Он раздражен, однозначно.
— Нет, у тебя первого спросила. А что, ведьмы держат связь с ведьмаками?
Мишка пнул камушек на тропе. Тот улетел в речку.
— Неофициально, — нехотя процедил Мишка сквозь зубы. — В здравом уме никто в этом не признается. Ты, как минимум, должна стать частью Ковена. Но и тогда… допрашивать мертвого никто не согласится. Да и как? В морг при управлении ведьмака не пустят, а родственники…
— Отец Павла дал согласие, — перебила я. — Но время ограничено. До кремации три дня.
Мишка что-то знал. И колебался, говорить об этом или нет. В другое время я отступила бы, но не сейчас.
— Миша, ты можешь познакомить меня с ведьмаком? Даже не познакомить, подсказать, где его искать. Я договорюсь с ним сама.
Он тяжко вздохнул и сел на нагретый солнцем камень.
— Мать хотела, чтобы я стал ведьмаком. Я и был… учеником. Недолго.
Я плюхнулась на камень рядом с ним. Стало еще жарче: теперь припекало не только сверху, но и снизу.
— Ты говорил, что с юридического сбежал. Или с экономического?
— Ой, только не надо! — поморщился Мишка. — Напомнить, кому я это говорил? И сколько еще скелетов вывалилось из твоего шкафа? Да, у меня он тоже есть. Теперь ты знаешь.
Упрекнуть Мишку в скрытности мог кто угодно, только не я. Когда мы познакомились, я уже притворялась парнем.
— Так ты сбежал от ведьмака? — уточнила я.
— Угу, — мрачно подтвердил он.
— Вопрос закрыт. Спрошу у Глаши.
Я поднялась с камня. Как на сковородке посидела!
— Чего это закрыт? — нахмурился Мишка. — Разве я отказался помочь?
— Нет, это я не настаиваю.
— Яра, ты меня за кого принимаешь? За барышню с нежной психикой? — рассвирепел он. — Я и сам думал о том, что нужен ведьмак. Но первая сложность — это родственники. Если ты говоришь, что старший Шереметев дал согласие, можно и к ведьмаку идти на поклон.
— Мишаня, я тебя другом считаю. Потому и раздрай. Кого просить о помощи, если не друга? Но одновременно я тебя подставляю.