Тогда мне в лицо и полетел злополучная бумажка со списком нужных вещей. После этого вмешалась Глафира. Вместе с Мишкой они увели Катю наверх, в доме запахло травами.
Ася осталась со мной.
— Все плохо? — спросила она.
— Не знаю, — ответила я честно. — Пока ничего не понятно.
— И ничего не получается?
Я отрицательно качнула головой.
— Попробую поговорить с… — Ася сделала неопределенный жест, не произнося имя императора. — Но о чем просить?
— О честном расследовании, — ответила я. — Матвея обвинили несправедливо.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
— Хорошо, — кивнула Ася. — Я бесполезна… как воин. Но я могу присмотреть за Ваней, если ты мне доверяешь. Его же завтра выписывают?
— Было бы прекрасно, — кивнула я. — Если он тебе не помешает. Я боюсь оставлять его одного.
— Я же сама предложила.
— Спасибо. Ась, но я должна предупредить… Сава здесь не появится.
Она усмехнулась, но испытала досаду.
— Сава в прошлом, Яра. Прости за бестактный вопрос. Между вами что-то произошло? Вы поссорились?
— Мы расстались. Я не хочу сейчас говорить об этом. И ты меня прости.
Вернувшиеся Мишка и Глафира сообщили, что Катя уснула. Ася попрощалась, ссылаясь на поздний час. После ее ухода я узнала самую паршивую новость: Кощей оформил отпуск и уехал из Петербурга. Куда — неизвестно.
— С Савой говорил? — спросила я Мишку.
— Не Савой единым, — ответил он. — Попросил приятеля выяснить, сможет ли Кощей принять меня завтра. Типа, мне срочно консультация по предмету нужна. Он и узнал, что Кощея нет в академии. Карамелька сможет его найти?
— Даже собаке-ищейке нужна какая-то вещь, чтобы взять след, — вздохнула я. — Карамелька ищет по крови. В крайнем случае, если хорошо знает человека. Я не смогу объяснить ей, кого искать.
— Мы с Глашей прошлись по списку ведьмаков, — сказал Мишка. — Остальных еще сложнее найти. У нее есть имя и предполагаемое место жительства. Да и слушать они нас не станут.
— Глаша, в этой книге… описаны ритуалы? И те, что связывают с миром мертвых, тоже?
— Не дам. — Она покачала головой. — И не проси. Силой не отнимешь, книга на мою волю кровью запечатана.
— Яра, не дури, — строго произнес Мишка. — Это тебе не в Испод без разрешения бегать.
— Есть другие предложения? — огрызнулась я.
— У нас есть два дня, — напомнила Глафира. — Утро вечера мудренее?
— Да, и Матвея раньше не переведут, — добавил Мишка. — Старик Шереметев тело сына забирать будет, и Матвея тем же коридором отправят.
— Вам обоим нужно отдохнуть, — твердо сказала Глафира. — Бессонная ночь ничего не даст. Утром могут появиться новости.
— Да, и Ася обещала… задействовать родственные связи, — нехотя согласилась с ней я. — Миш, как у тебя завтра со временем?
— В твоем распоряжении, — коротко ответил он.
— А он с начальником поругался, — наябедничала Глафира. — Его за прогул отчитали, он и заявил, что не явится на практику, пока его друга не выпустят.
— Глаша… — процедил Мишка свирепо.
— Миш, за практику плохой балл поставят, — напомнила я.
— И что? — усмехнулся он. — По-твоему, это сейчас самое важное?
Его ответ… не отрезвил, нет. Я и без того прекрасно осознавала, что происходит. Но после Мишкиных слов я испытала какой-то животный страх. Даже ужас. Это мне улыбается удача. Это я избегаю смертельной опасности — по воле случая или по воле богов. Судьба Матвея может сложиться иначе. А я слишком самонадеянна. Верю в успех… но бессильна что-либо изменить.
Глафира ничего не заметила, а Мишка помрачнел, ощущая мои эмоции. Мы обменялись взглядами.
— Пойду к себе, — сказала я. — Постараюсь уснуть.
— Хочешь, травок заварю? — предложила Глафира. — Катю весь вечер отпаивала. Помогло.
— Нет, спасибо, — отказалась я. И кое-что вспомнила. — Мишань, Катя вроде как… без защиты? Или мне показалось?
— Не показалось, — ответил он. — Она отказалась от ментальной защиты. В речку артефакт выбросила. Собственно, это был повод для первой истерики. Катя придумала, будто это из-за нее Матвея стали подозревать, вроде как он что-то скрывает.
— Крепко же ее приложило, — вздохнула я.
— Она его сильно любит, — сказала Глафира. — Вот и сорвалась. Это пройдет.
Это точно. Завтра Кате еще и стыдно будет. А ведь она ни в чем не виновата. В будущем им с Матвеем лучше ездить на отдых туда, где нет меня.
Глафира пыталась меня накормить, но я соврала, что поела у Вани, и ушла к себе. Сон не шел. Как не гнала я от себя тревожные мысли, расслабиться не получалось. Вот чего я тяну? Ясно же, к кому надо идти на поклон. За всеми нашими бедами стоит Разумовский. Чтобы его переиграть, надо хотя бы узнать, чего он добивается.