— Допустим, — согласилась баронесса. — Все началось, когда ты сняла проклятие с того парня… Степана, кажется? Или раньше?
— Всё — это что? — уточнила я.
— До этого ты применяла только бытовое ведовство?
— Пожалуй, и им не пользовалась, — призналась я. — Так что, да, с того момента. Хотя…
Я вспомнила, как прокляла Клаву. И то зелье для дуэли с Ольгой, оно тоже из прошлой жизни. Но баронесса спрашивает не об этом.
— Не знаю, откуда пришли эти знания. Слова сами возникают в голове. И то, что я вижу… вернее, как я вижу… Так мне проще работать со структурой мира. Нет, кое-какие книги я все же читала. Но вот это ваше… услышать мир…
Я отрицательно покачала головой.
— Что ж, такое тоже бывает, — задумчиво произнесла баронесса. — Я слышала такие истории. Наверное, если покопаться в архивах, то можно найти записи…
Венечка, Глафира и Ваня вели себя тихо, как мыши. Казалось, они даже дышат через раз. Если сейчас еще и какое-нибудь пророчество всплывет, у меня нервы не выдержат.
Но нет, пронесло. И о картах судьбы баронесса тоже не вспоминала.
— Тимофей Иванович прав, — продолжила она. — Мне нечему тебя учить. Разве что ты все же решишь вступить в Ковен…
— Нет, — выпалила я. — Спасибо, но нет. Так я могу возвращаться в город? Обучение закончено?
— Если позволишь дать совет… — Баронесса как-то странно на меня посмотрела. И будто сомневалась, стоит ли что-то советовать.
— Да, конечно, — вежливо ответила я.
— Сохрани это в тайне, — сказала она. — Приезжай сюда, хотя бы в гостевой дом, вместе с братом.
— Зачем? — удивилась я.
— Чтобы тот, кто хочет тебя использовать, не узнал ничего лишнего.
— Тот, кто хочет использовать, это…
— Тише, Яра! — перебила меня она. — Никаких имен!
— Вы не хотите… или не можете? — не сдавалась я.
— Всему свое время, — ответила она. — Поверь, так будет лучше. Я могу рассказать… многое. Но ты сама должна понять, иначе сложно будет поверить.
— Поздно не будет? — тихо спросила я. — Моего брата обвиняют в убийстве, которого он не совершал. Я ничем не могу ему помочь. А ваш выбор… это молчание?
Баронесса отрицательно покачала головой.
Наверное, зря я так. Если допустить, что ее связали клятвой, а она хочет мне помочь, то обвинения жестоки.
— Простите, Алевтина Генриховна, — сказала я вслух.
— Будьте осторожны. — Баронесса встала из-за стола. — Это всех касается. Глафира, проводи меня. Яра, дождись Тимофея Ивановича.
Ваня и Веня занялись уборкой. Я уставилась в одну точку, пытаясь осмыслить то, что ускользало от понимания.
Верховная Ведьма на моей стороне? Почему? Это особенно непонятно, если князь Разумовский — ее внук. Даже если они не родственники, ее желание помочь… странное. Ведьмы как-то были замешаны в деле Морозова? Или интерес Алевтины Генриховны исключительно во мне, как в сильной ведьме? Или же, что гораздо логичнее, игра идет на высоком уровне. Государственном?
Хотелось со всей силы врезать кулаком… да хоть по столешнице. Она крепкая, деревянная. Выдержит. А боль хоть немного прочистит мозги. Одни вопросы! Как же мне надоело задавать вопросы и не находить на них ответы!
— Веня, — произнесла я строго. — Мне нужна твоя помощь.
Он поставил на полку горшок с медом и повернулся ко мне.
— Расскажи мне об императоре, — попросила я. — Неофициальную, так сказать, версию. Сплетни и слухи. И об императрице.
— Сейчас? — уточнил Венечка.
— Нет, попозже, — вздохнула я. — Сейчас, пожалуй, не время. На обратном пути. А еще я совсем не интересовалась политикой. Не той, что в новостях, а…
— Сплетни, слухи, подковерные игрища, — кивнул он. — Могу облегчить тебе задачу. Я интересовался… всем этим. И определенные выводы сделал.
— Да, только делится ими не хотел, — напомнила я.
— Яра, кто старое помянет, тому глаз вон, — сказал Венечка.
— А кто забудет, тому оба, — хмыкнул Ваня.
Венечку возмутили эти слова. Все же Ваня младше, и его вмешательство, и правда, было бестактным. Сделать брату замечание я не успела, вернулись Мишка с Тимофеем Ивановичем, а следом за ними — и Глафира.
— Погуляйте где-нибудь полчасика, — велел Тимофей Иванович. — А ты, Яра, останься.
Никто и не подумал возражать.
— Пойдем, проводишь меня, — сказал Тимофей Иванович, — по дороге и поговорим.
— И вас ведьмина тропа не пропускает? — восхитилась я.
— Да я ж вроде мужчина, хоть и ведьмак, — хохотнул он. — Нет, милая девочка, из этого правила не может быть исключений.
Карамельку я взяла с собой. Она объелась меда, ее клонило в сон, но я заметила, что химера набирает вес. Вот пусть и разомнется после сытного обеда.