После девяти дней оболочка пранического тела разрушается, и Душа, Дух перестаёт воспринимать эмоции других. Происходит своеобразное сворачивание внутрь и погружение в свой ум. Следующие сорок дней Душа проживает все свои страхи, накопленные при жизни. Это третий период смерти. Ибо он так же называется – свет в конце тоннеля. Действительно, Душа, Дух видит свет и двигается к нему. Именно этот свет и определяет будущее рождение. Но для того, чтобы родиться снова, нужно пройти целый ряд испытаний.
На сорок девятый день после смерти наступает освобождение. К этому времени сценарий будущей жизни уже полностью сформирован. Обычно он формируется как раз в тот момент, когда происходит предыдущее умирание, когда случается разрыв между физическим телом и тонкими телами. То, о чём думает человек в этот момент, и включается в сценарий его новой, следующей жизни. На сорок девятый день Душа, Дух может просмотреть всю свою будущую жизнь и принять на себя какие-то обязательства. Как только это происходит – Душа, Дух тут же оказывается рядом с будущими родителями и незамедлительно втягивается в воронку нового рождения. Ибо уже на сорок девятый день снова включается новый цикл рождения. Сансара. Так на Востоке называют это вечное колесо, бесконечную цепочку рождения и смерти. Возможно ли её прервать, остановить, освободиться из этого плена и выйти на свободу? Конечно, да. Но для этого в момент ухода так важно думать о Боге. И только о нём.
Я давно и постоянно готовлю себя к предстоящему, если к нему возможно быть готовым хоть в какой-то мере. При этом очень надеюсь, что в момент, когда пробьёт небесный колокол и откроется дверь Вечности, у меня хватит сил и храбрости думать о Боге. И только о нём.
Недавно мне на ум пришла старая притча. В одной восточной стране преступника приговорили к смертной казни.
– Выбирай, – сказал преступнику правитель страны, – вот виселица. Можешь выбрать её, и ты будешь повешен. А вот дверь. Какая казнь ожидает тебя за нею, я тебе не скажу. Это будет для тебя неожиданностью.
– Я выбираю виселицу! – крикнул преступник.
– Хорошо, – ответил правитель, – ты будешь повешен. Но почему ты выбрал её?
– Лучше я буду знать, от чего умру, – ответил преступник, – чем какая-то неожиданность и неизвестность.
– Я услышал тебя. Твой выбор я уважаю. Однако не хотел бы ты узнать, что находится за этой дверью? – спросил правитель, улыбаясь в усы.
– Нууу… не знаю. А что там? – осторожно спросил преступник.
– Там действительно неожиданность. Там – свобода. Если бы ты выбрал эту дверь, ты был бы немедленно отпущен на свободу. Но ты выбрал виселицу…
Как часто в своей жизни мы выбирает понятные и привычные страдания взамен необычной и непонятной свободы…
В тот день, когда ушёл Родион, я не увидела и не поняла. Почему? Почему потом, стоя у закрытого гроба, я не чувствовала потери? Не видела Душу, которая готовилась к уходу? Только смутную тень, с которой совсем не чувствовала родства? До сих пор не могу ответить. Я спрашивала Учителя много раз, но он всегда отмалчивался.
Жизнь продолжалась, и я должна была жить. В новой реальности. И реализовывать силу, что жила во мне. Я никому не желала зла, однако ненароком, случайно, вмешивалась в жизнь людей, что были рядом со мной. Особенно, если эти люди несли зло другим. И этому миру. Почему внутри включался этот палач, я не знаю. Возможно, потому, что после смерти Родиона я так часто чувствовала себя жертвой обстоятельств. И мне необходима была компенсация.
Первой жертвой стала Татьяна. Я знала её давно, ещё со времён работы в «Зодиаке». Она пришла к нам в тот период, когда работа уже почти закончилась. Называла себя целителем, и к ней сначала действительно пошли люди. Татьяна была на пять лет старше, она начала опекать и поддерживать меня. И я действительно поверила в то, что она настоящая подруга. И только гораздо позже я поняла, что это не так.
У Татьяны был муж, с которым она рассталась уже в бытность своей работы в «Зодиаке». Через год она увела мужа у своей постоянной клиентки. Мужчина был успешным бизнесменом, но после того, как расстался с женой и женился на Татьяне, всё потерял.
Это происходило в ту пору, когда я была волшебницей Златой, талисманом удачи. Татьяна попросила ей помочь, и я сделала то, о чём она просила. К её мужу вновь вернулась удача. Правда, Татьяна тогда очень просила никому об этом не рассказывать. Ей было важно, чтобы супруг считал именно её своим талисманом.
А потом в моей жизни появился Родион. И я отошла, отдалилась от многих людей. В том числе и от Татьяны. Краем уха слышала, что её мужа снова настигла полоса невезения. Но мне в то время было не до неё.