Сама Алина, окончив школу, не училась дальше. Но у нее были талантливые руки. Она делала украшения. Сначала из эпоксидной смолы, потом научилась из стекла. В ее кулонах, серьгах и кольцах жил целый мир. Цветы не вяли и казались живыми. У нее образовался свой круг клиентов. И зимой она проводила за рабочим столом не только день, но и вечер, пинцетом раскладывая засушенные растения в молды так, чтобы они образовывали красивый узор. Заливала эпоксидную смолу.
Работала и думала.
На последнем приеме, когда ее гинеколог вышла на несколько минут из кабинета, старенькая медсестра сказала Алине:
— Порой знаешь, что помогает? Возьмешь приемного ребенка, успокоишься, а тут и своего Бог даст… Я знаю много таких случаев.
Алина ничего не сказала мужу. Она знала – Николай страстно мечтал о сыне. О своем сыне. Ей самой было уже за тридцать. И она торопилась. Хотелось попробовать не только зарубежную клинику (вдруг и она ничего не даст), но все способы, какие есть.
Она знала, что сразу ей нельзя будет выбрать ребенка. Предстоит долгий путь – собирать справки, учиться быть приемным родителем. И, конечно, все это нужно будет делать вместе с мужем. Поэтому Алина сначала пришла в детский дом как волонтер. Приносила ребятам игрушки, читала им книжки, помогала воспитательнице на прогулках. И присматривалась.
Может быть, Павлик? Ему нет еще и трех лет, у него большие черные глаза, и он ужасно любит разные машинки. Или Илюша? Его бросила мать, а бабушка старенькая, с отклонениями. Не хотела, чтобы мальчик ходил в школу, говорила, что сама его всему научит.
Когда привезли Симу, Алина была одной из первых, кто ее увидел. Алина переодевалась, чтобы уйти домой. Вернее, переобувалась. В детском доме гостям полагалось надеть на ноги огромные бесформенные бахилы, завязать вокруг щиколотки ленточки.
Это был момент, когда на Алину напала тоска. Ей было жаль и детей, которым предстояло расти в этих стенах, и саму себя. Природа оказалась безжалостной. Перерезала ее собственную ленточку, не давая продолжить себя. У Алины слезы стояли в глазах, и она торопливо смахивала их ладонью.
Тогда к ней и подошла эта малышка, которую она сначала не заметила. Настолько тихо девочка сидела в уголке дивана. Была она совсем еще маленькой, лет, наверное, пяти-шести, волосы – как лен, на макушке кое-как завязан голубой капроновый бант.
Девочка неслышными шагами подошла к Алине и погладила ее по щеке нежной тепой ладошкой.
— Не плачь, — сказала-прошептала она доверительно, — У меня тоже умерла мама, но я же не плачу…
Родители у Алины были живы, но слова и сама интонация, какой они были сказаны, произвели на молодую женщину большое впечатление.
— Ты новенькая? — спросила она и, так как девочка ее не поняла, уточнила,— Тебя недавно привезли?
Девочка кивнула.
— Как тебя зовут?
— Сима.
Тут пришла воспитательница и увела Симу – знакомить с детьми. Миновал день, второй, но у Алины эта девочка не шла из ума. И она уже шла в детский дом не просто так – а к ней, к этой малышке.
В ней все больше крепла уверенность, что она должна взять ее к себе, подарить ей дом. Она узнала, что мать Симы умерла от ту-беркулеза, как говорили раньше – от чахотки. Где ее отец – Бог весть, других родных не осталось.
— Мама мне говорила, что она скоро уйдет,— в минуту откровенности сказала Сима, — Но пообещала, что будет приходить ко мне во сне, и мы будем с ней разговаривать. И она правда мне снится.
Это было совсем не то, о чем изначально думала Алина. Она собиралась взять мальчика, потому что муж мечтал именно о мальчишке. Но теперь она готова была горы свернуть, чтобы изменить судьбу этой девочки.
Алина решила, что непременно поговорит с мужем, когда тот вернется. Николай не должен быть против. А если она так и не сможет родить собственного ребенка, и Николай из-за этого бросит ее, что ж, так тому и быть. Она готова была растить сына в одиночку.
Алина знала не только день, но и примерный час, когда Николай позвонит в дверь условным звонком. К этому времени у нее всё было готово. В доме чисто, обед на плите и пирог в духовке.
Следующие две недели обещали быть, как всегда праздничными. Муж не только переделает дела, которые накопились, но они непременно будут куда-нибудь выбираться – в кино, на природу. Зимний лес чудо как хорош. А вечерами они станут засиживаться за кухонным столом, говорить обо всем на свете, или, прихлебывая вино, смотреть какой-нибудь новый фильм, будут мечтать о том, что им хочется сделать…
Алина распечатала перечень документов, которые им нужно будет собрать для того, чтобы взять девочку в приемную семью. А если Николай будет не против, то и усыновить ее.