— Если бы ты знала – сколько в мире необъяснимого, — ответил он ей с грустной улыбкой.
Когда она чувствовала, что больше не выдержит – этой жизни в четырех стенах, этой тиши, этих безрадостных мыслей о будущем – она приходила в гостиную, где зеркало было самым большим и самым старым, садилась перед ним прямо на пол, по-турецки скрестив ноги, и они говорили. Но Аня всё еще не верила себе, и не могла с уверенностью сказать – звучит этот голос вне ее головы, вне ее разума – или нет.
Она уже знала, что того, кто являлся ей в зеркале, зовут Арсением, что когда-то это был его дом, и в нем же его у-били. Просто какие-то мужики давным-давно забрались в дом, что ограбить его – небогатого дворянина, у которого мало было, чем поживиться. Может быть, его просто надеялись запугать, чтобы сидел тихо, да не вышло, и от него избавились, чтобы он никого не выдал.
— Есть тысяча легенд о призраках, — устало говорила Аня, — Твое тело где-то бросили, тебя не отпели, не похоронили – так? И всё это надо сделать, тогда ты обретешь покоя? И рада бы – да сама ничего не могу, как видишь…
— Ты слишком много знаешь по сравнению со мной, - отвечал Арсений, - Мне и самому непонятно, что я теперь такое и что представляет собой мое существование. Не стоит об этом.
— Ты сказал мне тогда «Поезжай и ничего не бойся», - напомнила она, — Может, стоило подобрать другие слова? Например: «Беги, остерегайся этого человека…»
- Тогда ты хотела убежать от самой себя, - напомнил он ей, - А когда от себя бежишь – получается только хуже. Может быть, в эту клетку ты попала, чтобы найти в себе силы бороться?
— А толку? Он продержит меня здесь столько, сколько захочет. А может и вообще уб-ьет, как те разбойники – тебя.
— Значит, ты должна стать и умнее, и хитрее. А я тебе помогу.
— Как?
— Тебе нужно узнать код, которым открывается дверь. Вряд ли он покажет его тебе. Но эти цифры, возможно, смогу подсмотреть я…
— Случится ли это когда-нибудь? – в голосе ее звучала безнадежность, - Давай лучше поговорим… Расскажи мне что-нибудь…
Аня прикрывала глаза, и сидела так, слегка покачиваясь, и слушала рассказ Арсения о том далеком веке, в котором он жил, о том, как вечером в доме горел камин, и чуть потрескивали дрова. А о приезде гостя говорил стук лошадиных копыт у крыльца. О книгах, которые он читал, о его друзьях.
Что-то было иным. А что-то таким же, как сейчас. Те же созвездия на ночном небе, тот же аромат сирени весной, и те же песни соловья.
В свою очередь Аня рассказывала Арсению о себе, о том, как росла практически без матери. Тяжелый балетный труд отнимал досуг, но когда накатывала тоска – спасало только искусство, только танец…
С течением времени они все больше привязывались друг к другу.
— Если бы мы жили с тобой в одном веке, — говорила Аня, прикладывая ладонь к стеклу (и Арсений с той стороны зазеркалья делал то же самое, их ладони точно соприкасались) — Нам никого не нужно было бы больше искать. Мы уже нашли друг друга. Но как ты узнал, что я должна сюда приехать? Почему тогда, ты «пришел» ко мне домой, и я увидела тебя в зеркале.
— Я слышал, о чем он говорил по телефону со своей любовницей, — отвечал Арсений, он почему-то избегал называть Фёдора по имени, — Он сказал, что ты – человек слова, и приедешь несомненно.
— У него и сейчас есть подруга там? — Аня кивала куда-то неопределенно, на кирпичные стены, — Я знаю, что раньше их было много….
— Осталась одна. Теперь в его жизни полная гармония. Психика у него совершенно больная. Его подруга – властная и капризная девица, то ли ему это и вправду нравится, то ли он просто позволяет ей быть такой. А потом отыгрывается на тебе.
…Когда раздавался шум подъезжающего автомобиля, Аня поднималась, лицо ее теряло всякое выражение. Она шла встречать того, кто стал ее стражем и хозяином.
*
У Фёдора и вправду была подруга. На протяжении уже нескольких лет – одна и та же, он сам этому удивлялся. Когда-то он «снял» эту девицу в клубе, думая, что приключение будет мимолетное и ни к чему не обязывающее.
Она была не так уж молода с его точки зрения – лет за тридцать, но чем-то она его тронула. Фаина пришла сюда, чтобы получить удовольствие, и она его получала.
Очень загорелая – была зима, но она только что вернулись с далекого тропического курорта, в облегающем черном платье – своей фигуры ей не приходилось стесняться. Волосы окрашены так, что они словно переливались, принимая то один оттенок, то другой – от бронзы до платины. Фаина пришла в клуб надолго – как сказал Фёдору знакомый официант, она появляется здесь часто и неизменно остается до закрытия. А бармен назвал ее любимый коктейль.