- Если бы ты знал, как она тогда боялась, что связь пропадет! Только и успела, что описать – где ее искать. И еще добавила: «Скорее…Да… Тот самый маньяк». Всё.
- Дела-а…, - Демид отбросил измусоленную травинку, потянулся за следующей.
- Вот это я и скажу. Потому что за эти слова – отвечаю. Они захотят, если смогут, как-то отследить наш разговор. Сколько он длился, когда… Тут уж никаких домыслов, догадок. Только правда.
*
В этот день ни о каком разговоре следователей с Инной и речи быть не могло. Сложный перелом правой ноги, большая кровопотеря, дикий стресс, шок…Помимо прочих лекарств врачи давали ей большие дозы успокоительных, и она все время или спала или находилась в полузабытье.
Один лишь раз Даше позвонила медсестра из больницы:
- Она все время повторяет твое имя, просит тебя позаботиться о каком-то пауке. Бредит, наверное.
- Нет, - сказала Даша, - Не бредит.
Конечно, ни одну из вещей Инны ей бы не отдали – ни в гостинице, ни в полиции, но к Клаве это не относилось.
- Только девочка… ты того… контейнер с этой зверюгой забери, пожалуйста, сама. И поскорее. И неси осторожнее, чтобы он по дороге не открылся.
Дома Даша поставила пластиковую коробку с Клавой на подоконник. Кот Голум заинтересовался страшно. Он готов был часами сидеть и наблюдать за пауком. Для него это был бесплатный телевизор.
Дашу и Демида допросили, они подписали свои показания. В деле о неуловимом маньяке появилась хоть какая-то зацепка. Теперь все ждали, что Инна придет в себя.
*
В тот вечер Марья хотела остаться ночевать в доме Розы.
- Ну как я тебя оставлю одну, - говорила она Даше.
И тут же поправляла сама себя:
- Но мне если приходить, то с внучкой. На меня родители сегодня внучку оставляют.
- Да вы не дергайтесь, - сказала Даша, - Оставайтесь спокойно у себя. Я же не собираюсь шляться ночью по улицам. И вообще кто я в этой истории? Случайный элемент.
Но в то же время, когда Даша осталась одна, ей стало не по себе. Долго-долго сидела вона в своей комната, положив на подоконник руки, и умостив на руках подбородок, и смотрела, как садится солнце. Кроваво-красный закат обещал на завтра ветреную погоду. И только когда в саду сделалось совсем темно, и в этой темноте легли длинные тревожные тени, Даша отошла от окна, предварительно его, заперев, и еще подергав за ручку для верности.
Все двери в доме тоже были, конечно, заперты.
Весь день Даша не вспоминала о еде, но сейчас почувствовала, наконец, голод. Она решила сделать себе бутерброд с колбасой и налить чего-нибудь попить – в холодильнике стояли два кувшина, на выбор. С домашним лимонадом и апельсиновым соком.
Через несколько минут с тарелкой и бокалом Даша возвращалась к себе через темную гостиную. И вдруг замерла. В кресле сидел человек.
Он сидел совершенно неподвижно, и было непонятно, откуда он тут взялся. На нем была темная куртка с накладными простеганными карманами. И еще казалось, что на голову он надел резиновую маску, потому что – ни бровей, ни ресниц, голова голая как биллиардный шар.
Может быть, Даше полагалось выронить тарелку со своим ужином, но она нашла в себе силы поставить посуду на тумбочку. Ей хотелось закричать, она кусала губы. Но первым заговорил он.
- Не надо бежать, - сказал черный человек, голос его звучал мягко – сама доброта - Двери и окна заперты так надежно, что впопыхах, трясущимися руками, ты их не откроешь. Лучше подойди ко мне…
-Зачем я вам? – Даша не узнала своего голоса, - Вы думаете, что я свидетель? Но я ничего не видела…Я никакой не свидетель.
Он отмахнулся от нее, точно она рассказывала ему что-то неважное.
- Ты ведь любишь все красивое? – говорил он вкрадчиво, - Если ты подойдешь ко мне, и встанешь передо мной на колени…твоя жизнь окончится в один миг, окончится без боли. И начнется другая форма бытия – прекрасная… Ты даже не представляешь, какой красивой ты станешь. В том мире, где твой дар будет очевиден. Тебе ведь дана власть пробуждать других почти из мертвых…
Этот голос манил, он был таким вкрадчивым, он успокаивал. Хотелось закрыть глаза и слушать его…
Даша бросилась бежать. Возможно, в иную минуту она не вспомнила бы про комнату, которую ей показывала бабушка. Слишком много произошло с той поры, как Роза водила ее туда. Но теперь Даша неслась, помня, что ей надо еще нажать код из четырех цифр на специальной панели в уголке коридора. И проскользнуть в дверь до того, как черный человек не даст ей этого сделать.
Она завернула за угол, даже не прислушиваясь к звукам чужих шагов. Шел ли он за ней, или дал ей возможность побегать, самой себя загнать в ловушку, ведь из дома не убежишь. Так, один…четыре…четыре… один….Даша метнулась в открывающуюся перед ней щель, в темноту – свет включался внутри, и поспешно закрыла за собой дверь.