Впрочем, сегодняшний страх был иного рода, потому что к нему примешивалось еще одно чувство. Петр Иванович не просто боялся безумной соседки – он чувствовал свою ответственность за ее безумие и подозревал, что действительно может угодить в ад.
30. Живец
12 февраля 2008 года
Привет, дорогой. Сегодня была у школьного психолога. Ох, лучше бы я туда не ходила. И кто меня туда понес, не понимаю, наверно, просто хотелось выговориться, ведь дома с мамой (и уж тем более с папой!) этого никак не сделаешь. Они вроде бы слушают, но не слышат, хотя и совсем уж черствыми их назвать я не могу. Как-то никак у меня не получается с ними поговорить… Ну, словом, я пошла к нашей Светлане Михайловне… Не суть важно, о чем мы с ней говорили – вернее, не то чтобы не важно, но просто это очень долго рассказывать, да и делать это два раза за один день – в деталях и мельчайших подробностях – я не могу. Я уже вывернулась вся наизнанку в ее кабинете, потом, может быть, наберусь сил и все расскажу тебе… Ну, в общем, что я хотела тебе сказать: главный вывод, который сделала наша психологичка, очень меня озадачил. Она сказала, что мне нужно полюбить мужчин. Прикинь, да! Что у меня с ними что-то не ладится, и это очень плохо, потому что в будущем нелады в отношениях с представителями противоположного пола могут создать мне много проблем. Дескать, большую роль в моем воспитании должен был бы играть отец, но, к сожалению, видимо, этого не происходит… Ой, ты знаешь, она много и муторно мне что-то объясняла, но я вышла из кабинета не посвежевшей и чуть более счастливой, как ожидала, а совсем уж какой-то разобранной. Что у меня не так с мужчинами? Почему я их боюсь? Какие проблемы это может мне создать? Я ничего не понимаю… А может быть, наша психологичка не доучилась до диплома в своем институте… Не знаю, не знаю, не знаю… Извини, устала, как не знаю кто… Пойду спать… Хрр, хрр, хрр…
До начала съемок осталось около часа. Участников шоу снова загнали в микроавтобус с закрытыми окнами, кроме того, для надежности организаторы отделили салон от водительского места непроницаемой ширмой. Экстрасенсы оказались заперты в очень замкнутом и душном пространстве.
Расселись, как и прежде. Людмила Кремер сидела впереди всех в первом ряду, справа терзал свой обкусанный мундштук и перешептывался с Валей колдун Иванов. Получалось не очень весело, потому что на съемках предыдущей программы ее подружку Таню слили как неудачницу. Тому немало поспособствовала Круглова-старшая, обидевшаяся вообще на всех экстрасенсов за то, что никто из них не увидел «родового проклятия», зато все как заведенные твердили об отсутствии тепла и любви в семье. На съемках «совета старейшин» она едва сдерживалась, чтобы не покрыть матом «шарлатанов и спекулянтов на человеческом горе», и от грандиозного скандала на площадке съемочную группу спас только психолог Пивоваров. Он взял Антонину под руку, отвел ее в сторонку и о чем-то долго шептался. Круглова вроде смягчилась, но за стол так и не вернулась. Снимали «совет» уже без нее, и сам Пивоваров предложил компромисс – неудачницей засчитать колдунью-ведунью Татьяну.
Итак, после трех отснятых программ участников должно было остаться восемь, но Михаил, сидевший, как и в прошлый раз, в самом дальнем углу салона, насчитал только семерых.
– Кажется, кого-то не хватает, – сказал он.
Рустам Имранович, сидевший по правую руку, кивнул.
– Фатима ушла.
Михаил обалдел.
– Как? Почему? Она же хорошо работала!
Шайдуллин пожал плечами:
– Восток – дело тонкое. Я слышал краем уха, что это не окончательно, она еще может вернуться, пока не закончились съемки выпуска, но надежды мало. Говорят, ей не по нутру все эти убийцы и садисты.
«Кому они тут по нутру? – подумал Миша. – Кстати, могли бы и мне сообщить, что Кабировой не будет. Жаль, позвонить отсюда нельзя».
Вслух он спросил:
– Вы-то как себя чувствуете после квартиры Кругловых?
– Паршиво. – Рустам Имранович действительно выглядел бледным и вел себя довольно замкнуто. – По большому счету я Фатиму понимаю…
Продолжать он не стал, и Михаил решил не приставать с расспросами. Пора сосредоточиться на деле.
А дело его ожидало не так чтобы проходное. В ближайшие часы все и решится, и это замкнутое пространство, в котором они оказались заперты, почему-то вызывало безотчетный страх. Так Михаил давно не боялся – во всяком случае, с тех самых пор, когда понял, что обладает почти совершенным оружием, способным защитить от многих напастей.
Он оглядывал участников и думал. Он не пытался их «сканировать», прекрасно понимая, что тут собрались люди, умеющие ставить барьеры. Если среди них и есть преступник, как они с Кремер предполагают, то он надежно изолировал свою башку, в противном случае сама же без всякой посторонней помощи вычислила бы его и освободила Катю Соболеву (либо нашла ее труп). Кстати, Кремер все-таки предпочла остаться неразгаданной до конца: как ей удалось выйти на похитителя, почему он привел ее сюда, зачем вообще понадобились все эти сложные манипуляции, если можно было найти в ментовке понимающего человека и вместе с ним пройти тем ночным маршрутом от клуба «Премьер» до соболевского дома – ни один из этих вопросов не получил ответа. Хотя стоп…