— Что ты несёшь? — вырываться из захвата заведомо более сильного противника почти всегда бесполезное занятия, а в нашем случае мы это уже проходили, но разве это повод не пытаться?
— Я обещал, что тебе не придётся никого убивать, и не выполнил слова, — Ким хмурился, кривил красиво очерченные губы и в целом был недоволен тем, что он — верховный демон третьего круга, не смог исполнить данное обязательство. Как ни странно, но именно это привело меня в себя. Неужели у меня настолько тонкая душевная организация, что я не в силах смириться с гибелью того, кто собирался меня убить? Да, это не повод для гордости, но… Что было бы если бы однажды, возвращаясь вечером из университета или ночью бредя через парк от подруги на меня напал вор или маньяк? Не хотелось накликать на себя беду, но это — реалии моего мира, так кто же виноват, что теперь я принадлежу не только ему и количество подстерегающих меня опасностей за последние двенадцать часов возросло вдвое.
— Малика, ничего страшного не случилось! — Димка положил руку мне на плечо.
— Я знаю, Дим, — улыбка вышла так себе, но этого хватило, чтобы Ким первым всё понял, — прости за истерику!
— Пришла в себя, ведьмочка? — демон вернулся к своему привычному насмешливому тону, не дав тому сказать и слова.
— Вполне, — он больше не держал, да мне это и не было нужно, — дайте мне пятнадцать минут! — не обращая ни на кого внимания, не жалея светлых кроссовок, по изрытому инквизиторскими джипами газону я направилась к полю. Мне требовалось подумать, определиться в своём отношении, но даже этой малости мне не позволили.
— Прощайся с жизнью, ведьма! — в руке стоящего в двух шагах от меня инквизитора была самая настоящая граната, только серебристая, а чеку он уже держал в другой руке. Кричать? А смысл? В момент моей гибели Димка так и так отравится в резерв, Ким может надолго засесть в Нижнем мире, а этот, судя по радостному оскалу, только рад будет подорваться вместе со мной. Такой себе специфический патриотизм.
— Взорвёшь меня, отправишься следом! — вдруг мне повезёт ещё раз и удастся затронуть струны, отвечающие за самосохранение в душе этого конкретного инквизитора. Если у них вообще есть душа. Увы, на моё замечание вместо того, чтобы напрячься, он лишь ликующе рассмеялся.
— Я счастлив вернуться к братьям, отняв жизнь у исчадия Ада!
— Малика! — похоже, Ким нас всё же заметил, но и он и Димка были слишком далеко, а звать друга я не собиралась.
У меня было слишком много планов на жизнь, но что они стоят, если снаряд касается земли и, словно в замедленной съёмке, я вижу как разрывается металл, не в силах сдержать взрывную мощь. Когда-то давным давно, ещё на уроках ОБЖ, Александр Алексеевич — крепкий лысый майор пятидесяти лет от роду, носящий исключительно военную полевую форму, гарантировал что за три секунды, с момента выдёргивания чеки и до самого взрыва, никому из нас не удастся отбежать на безопасные сто метров. Я верила ему тогда, верю и сейчас, даже не предприняв попытки сбежать, по прежнему не отрывая взгляда от гранаты.
Впрочем, у жизни на меня оказались другие планы.
Сильный толчок, сбивший с ног, заставил на мгновение задохнуться, но гораздо хуже были комья грязи, камни и куски асфальта, накрывшие меня сверху.
— Чёрт! — простонала я, буквально заставляя себя выталкивать воздух из лёгких. В голове было пусто, но боль в спине и головокружение доказывали, что я всё ещё жива. Оглушённая, я попыталась приоткрыть глаза.
— Цела? — спросил надо мной незнакомый мужской голос и я сфокусировала взгляд на спасителе. Неудивительно, что мне было трудно дышать, учитывая, что на мне лежал мужчина. Стоило бы поблагодарить незнакомца за спасение жизни, но сделать это в таком положении оказалось затруднительно поэтому я собиралась попросить его встать, но, встретившись взглядом с голубыми глазами, почувствовала как замерло сердце. — Ты жива? — забеспокоился мужчина моей жизни, а меня хватило лишь на то, чтобы неверяще коснуться ладонью его щёки. И он замер, уставившись на меня широко раскрытыми глазами.
Кажется где-то вдалеке меня звал Ким, ему вторил голос Димки, а всё что я могла — это лежать и смотреть.
— Как тебя зовут, ведьмочка? — хрипло спросил он.
— Малика, — меня не удивила ни его осведомлённость, ни собственные желания и без лишних мыслей я обняла его руками за шею, чувствуя как напряглись мышцы под моими ладонями.
Меня только что пытались убить? Стоит ли это секунды моих размышлений если меня спас тот, кто стал смыслом моей жизни?