— Ба! — я крепко обняла её в ответ, радуясь, что в ближайшее время это мне не грозило.
— Его звали Аштериэнд, — внезапно призналась она и коснулась простого крестика на шее, который никогда не снимала, и он стал широким золотым кольцом, висящим на цепочке. — Демоны бывают разные, Алечка, и рано или поздно найдётся тот, кто окажется сильнее, хитрее и беспринципнее. Так вышло и с ним.
— Его убили? — мой голос дрогнул, задавая этот вопрос, но она лишь крепче сжала мою руку.
— Да. Ведьмы исключительны, — встав, она прошлась до окна, — особенно в паре с демоном, но мало кому из них удаётся склонить кого-то из нас к браку.
— Почему? Тем более, если это сулит столько благ!
— По сути своей демоны не просто собственники, они — тираны, — оперевшись о подоконник, она взялась меня просвещать, — однако, и ведьмы не так однозначны. Несмотря на долгую жизнь, одиночество надоедает лишь некоторым из нас. Мы слишком свободолюбивы, Аль, и для счастливой жизни нам не нужен мужчина поэтому ведьма остаётся с избранником лишь по большой любви, а, как ты понимаешь, сложно воспылать подобным чувством к самоуверенному наглецу, только и ожидающему момента чтобы запереть тебя в собственном поместье, не позволяя даже близким оскорблять взглядами своё единственное сокровище.
— Тебе не кажется, что всё это малость устарело? — мне с трудом верилось, что такое отношение к женщинам может сохраниться ещё где-то, кроме архаичных стран Востока.
— Я не буду тебя переубеждать, — хмыкнула она, — придёт время и ты сама всё увидишь, но, как по мне, Искимертад относится к другой категории демонов.
— И какой же? — потерев лицо, спросила я.
— Прогрессивной, если его можно так назвать.
— Ба, мне кажется или ты вовсю склоняешь меня к связи с Кимом? — сложно сомневаться, если собственная бабушка смотрит на тебя с хитрым прищуром.
— Он мне симпатичен, — призналась она, вставая.
— Чего?
— Того! — передразнила бабушка, остановливаясь в дверях. — Как есть, так и говорю и, заметь, это при том, что я в целом не люблю всю их братию!
— Я не хочу выбирать! — лёгкий ветерок задувал в окно, играя тюлем. — Мне всего двадцать и меньше всего я нуждаюсь в вечном избраннике.
— Разве я заставляю тебя выбирать? — она замялась на мгновение. — Ты станешь сильной, скорее всего, даже сильнее меня, но и я не вечна, так что, рано или поздно, тебе всё равно понадобится кто-то, кто станет твоей поддержкой и опорой!
«Ты невероятно сообразительная и самостоятельная ведьмочка, но даже тебе нужен тот, кто сможет поддержать и защитить. Чтобы не случилось», — всплыло в памяти, заставив вздрогнуть.
Кто в здравом уме и твёрдой памяти между двумя мужчинами выбирает того, кто соответствует классическим понятиям о «плохом парне»? Вот и себя я не считала легкомысленной особой с дыркой в голове, но почему-то всё указывало именно на демона, хотя, стоит мне увидеть хранителя, и в душе распускаются цветы, словно яблони в тёплый майский день. Очень хотелось спрятать голову в песок, отдавшись на волю судьбы, но где гарантия что меня устроит выбранный ей путь?
Отдохнув и отоспавшись вечером я засобиралась домой, тем более, что Тим обещался заехать проведать бабушку и, заодно, отвезти меня.
— Всем привет! — зычным басом прогремел брат, открывая дверь. У каждого из нас была связка ключей от бабушкиной квартиры и после всего произошедшего у меня возникали закономерные вопросы по этому поводу. Неужели она не боялась, что мы можем увидеть что-нибудь не то? И если около магические книги ещё можно было списать на довольно странное увлечение одинокой пенсионерки, то тот же маятник или вовремя не убранная пентаграмма могли вызвать гораздо больше лишних вопросов.
— Тим! — вылетев в коридор, я повисла у него на шее.
— Маль, задушишь! — рассмеялся он, бросив вещи на тумбу, чтобы крепко меня обнять. От него знакомо пахло железом и машинным маслом, что неудивительно, учитывая, что всё свободное от семьи время он проводил в собственной автомастерской и это приносило ему не только деньги и клиентов, но и заслуженное уважение в местной предпринимательской среде.
— Твой-то центнер веса? — фыркнув прямо ему в ухо, я отцепилась от Тима.
— Старость — не радость, — развёл он могучими руками. Не удивлюсь, если окажется, что Тим с лёгкостью гнёт железки.
— Ты всего на восемь лет меня старше! — ни разница в возрасте, ни разные отцы не мешали нам с Тимом считать себя родными братом и сестрой.
— Зато теперь ты знаешь, что тебя ждёт в будущем! — помыв руки, он выпятил грудь колесом и мы оба покатились со смеху.