- Так, пойдём логическим путём. Ты вызвала ведьму, значит, есть заклятие, которое её оживило, так? Соответственно, значит, есть заклятие, которое её уничтожит, верно?
- Верно, - Кейт молча посмотрела на чёрную книгу. - Но, это ведь её книга, ты думаешь, она написала там заклятие, как убить себя?
Бреда задумчиво посмотрела на неё и поджала губы.
- Ну, да, это врятли. Но вдруг там, что-то всё-таки есть. Может, кто-то уже пытался её остановить? Джеки тебе больше ничего не говорила?
Кейт покачала головой, и удобнее уселась на кровати.
- Так, ты смотри эту чёрную книгу, а я полистаю остальные. Может, что и найдём. - сказала Бренда, уже открыв что бы приободрить Кейт. - Только, пожалуйста, не вчитывайся ни во что. - Бренда перевернула чёрную книгу и водрузила её на колени Кейт, а себе обложила книгами поменьше и принялась их листать.
- Да, понятно. Постараюсь.
Клер.
Прозрачные дождевые капли жемчужинами блестели в лунном свете. Скатываясь по ложбинкам к краям жестких зазубренных листьев, они вытягивались под своим весом, бесшумно падали, размывая рыхлую землю, и капали на каменную мощёную дорожку. Свет в комнате на втором этаже давно погас. Клер, как обычно оставила окно открытым и уже давно спала, вытащив согнутую ногу из-под одеяла и кинув руку на пустую сторону кровати. Эта ночь была на редкость тихой и спокойной. На этот раз ничто не заставляло её ворочаться во сне или просыпаться от кошмаров. Соседи, имевшие привычку, каждую ночь бродить по улице под окнами и громко обсуждать последние сплетни, сегодня, предпочли остаться дома. Рваные чёрные тучи стремительно проплывали по небу, обнажая белые светящиеся края луны и пропуская в комнату голубые полосы лунного белого света. Оконная рама скрипнула и легкая шифоновая занавеска, взмыла вверх. Подброшенная порывом ночного воздуха, падая, она окутала женский силуэт, стоящий у изножия кровати, а через мгновение прошла сквозь него и опустилась обратно к окну. Поёжившись от холода, Клер засунула ногу под одеяло и перевернулась на другой бок.
- Клер.
Клер сквозь сон услышала тихий голос, такой знакомый и оттого очень противный. Она не хотела слышать его в своём доме, но услышала. Чуть приоткрыв глаза, но, не поднимая головы, она оглядела комнату, и решила, что услышала его во сне. В очень плохом сне. По-другому и быть не могло и, закрыв глаза, снова положила голову на подушку.
- Клер, - вновь позвал её голос, откуда-то из коридора. Голос её матери.
Клер резко подняла голову и посмотрела на дверь, не поверив в то, что действительно слышала её.
- Клер, иди сюда. - Голос был таким ласковым и манящим, как в далёком детстве, когда ей было лет десять. Когда её мать ещё любила её и ей было до неё дело.
Клер встала с кровати, не отрывая глаз от двери. Накинув халат и, открыв дверь, она высунула голову в тёмный коридор. Она понимала, что это не возможно. Просто невозможно, - твердил ей её разум.
- Клер, ну где же ты? - эхом послышалось уже с первого этажа.
Клер вышла из комнаты, посильнее запахивая халат и завязывая пояс. Приоткрыв рот от удивления и испуга, она насторожено шла по коридору. Нет, её мать не могла быть здесь, тем более в такой час. Этого просто не могло быть. Ну, если это Кейт решила так подшутить над ней, тогда она здорово схлопочет (ей здорово достанется).
- Где же ты, суслик? Беги скорее к маме.
Клер медленно ступала босыми ногами по полу коридора, который становился всё холоднее и холоднее с каждым шагом. Ступни стало покалывать, будто она шла по льду, а пальцы ног сводить от холода. Почему так холодно? - пронеслось у неё в голове. Дойдя до лестницы, она остановилась и посмотрела вниз на ступеньки. Это сон, - с облегчением поняла Клер, потому что реальностью это точно быть не могло. На ступеньках лежал снег, а с первого этажа по ногам веяло холодом и морозным ветром. Клер смотрела вниз на первый этаж, который был вовсе не этажом их дома, а старым заснеженным кладбищем. Высокие кованые ворота со скрипом открылись, образовывая полукруги на снегу и, Клер увидела, посреди припорошённых снегом надгробий и могильных холмов, свежевырытую пустую могилу с горой черной земли рядом и лопатой на вершине. В изголовье могильной ямы возвышалась большая серая плита, на которой кровью, было крупно написано её имя, с букв вниз стекали тонкие красные ручейки, под её именем была нарисована стрелка, указывающая вниз. Клер побледнела, лицо её вытянулось от испуга, челюсть автоматически упала вниз. Дыхание у неё пропало где-то в груди и ей сразу стало тяжело дышать. Она опёрлась рукой о стену и, отвернувшись, медленно подняла голову, посмотрев на картины. На всех картинах была изображена она, как маятник раскачивающаяся в петле, закреплённой на ветке одинокого чёрного дерева.