*****
Двери камеры с шумом лязгнули и на пороге появился конвойный.
- Лицом к стене! - Послышался зычный голос и в камеру испуганно озираясь вошёл сгорбленный мужчина приблизительно возраста Бориса.
Всех найдут и всех пересажают, сколько бы лет не прошло, вспомнил он чьи то слова, вот только чьи, он не мог вспомнить. Борис внимательно рассматривал нового сокамерника.
- Режисёр Прокуров! - Внезапно представился он.
- Борис Морозов, - опешив от неожиданности представился Борис в ответ. - Вас то за что? - Удивлённо разглядывая режиссёра спросил он. - Вроде не тридцать седьмой год.
- За экстримизм! - С явной гордостью и приосанившись ответил тот. Борис молча рассматривал нового знакомого, правда вспомнить хоть один фильм этого режиссёра он так и не смог.
- Ну и дурак! - Холодно поизнес Борис и увалился обратно на нары под изумленный взгляд неизвестного режиссёра.
- Это почему ещё?! - Изменившимся от злости голоса поинтересовался тот.
- Вкатают тебе счас червонец и выйдешь ты от сюда старым и никому не нужным.
- Общественность уже собирает петиции в мою защиту! - Снисходительно глядя на Морозова ответил тот.
- Да дядя, ты ещё больший дурак, чем кажешься на первый взгляд, - равнодушно буркнул Борис и прикрыл глаза, жутко хотелось спать, эти ночные галлюцинации его сильно вымотали.
- Я требую уважительного отношения к себе! - Взвигнул режисёришка и делал шаг в сторону Бориса, тот приоткрыл глаза и Прокуров бросился к двери камеры и начал истерично молотить. - Я требую себе отдельную камеру! - Завизжал он в едва открывшиеся смотровое окно.
Конвойный оглядел камеру и заметил, что Борис лежит в углу на своих нарах не предпринимая попытки встать.
- Ещё раз нарушишь порядок, переведут в ШИЗО, - будничным тоном сказал охранник и захлопнул окно. Прокуров так и остался стоять возле двери, судорожно вцепившись в косяк двери.
- Уймись придурок, - посоветовал ему Борис, - поверь мне, ШИЗО тебе очень не понравится. - Он ухмыльнулся и Прокуров всхлипнув пошёл на своё место.
Ночью Борис проснулся от того, что кто-то уселся рядом с ним, неужели этот придурок совсем сдурел с горя, мелькнула у него мысль. Нет, на кровати сидела опять та самая женщина. Борис застонал.
- Сгинь, нечисть! - Прошептал он скорее самому себе и перекрестился.
- От нечисти слышу, - весёлым шёпотом произнесла женщина.
- А чего это ты шепчешь? - Обычным голосом спросил он, больше всего на свете он мечтал, чтобы этот недорежиссёр сейчас проснулся и развеял его страх и сомнения, галлюцинации это или ментовские штучки.
- Разбудим твоего соседа, - не менее весело ответила она.
- Как моя галюцинация может кого-то разбудить? - Судорожно размышлял он, схватить её и позвать охрану, но если она спокойно входит и выходит сквозь стены, то вряд ли у него получится задержать её.
- Кто ты и что тебе нужно? - Пытаясь вспомнить, кто она и что он мог ей сделать.
- Ты даже не можешь вспомнить, что я, - задумчиво произнесла она глядя на соседа. - Кто это? - Внезапно спросила она кивнув головой в сторону спящего режиссёра.
- Прокуроров что ли, - задумался Борис пытаясь вспомнить фамилию сокамерника. - Говорит режиссёр какой-то.
- А этот, отпустите всех и не держите, - она вдруг опять рассмеялась, - вам тут самое место.
- Когда я выйду, я найду тебя, - серьёзно но без тени угрозы пообещал вдруг Борис.
- Вряд ли, - пожала та плечами в ответ.
- Это почему ещё? - Подозрительно посмотрел он на неё.
- Когда ты выйдешь, ты будешь старый, бедный и больной, тебе будет не до меня, - она повернулась и посмотрела ему в глаза.
- А ты меня раньше времени со счетов не сбрасывай, - оскалился он в ответ, - и на зоне можно хорошо жить.
- Тебе не на что больше хорошо жить, - покачала она головой.
- Чушь! Дело не только в деньгах! - Разозлился он. - Ты знаешь, сколько я всего знаю и о каких чинах и при каких погонах, если я заговорю, многие тут рядом окажутся невзирая на заслуги! - Он пристально посмотрел на женщину.
- Ой, - вдруг поежилась та, - заболталась я тут, возвращаться пора.