Почувствовав как слегка нагрелся медальон, подаренный мне сыном, я поняла, что этот металл начал передавать мне собственные силы, тем самым усилив регенерацию.
Уже подходя к дому, поняла, что эксперименты разбрелись по своим домам, так же желая отдохнуть, а брат и Грэгор с Даралой направились следом за мной.
Такими темпами, скрыть сына от черноглазого будет довольно сложно, но едва я вошла в холл дома и подумала об этом, поняла, что даже надеяться не стоит.
С громким криком «мама!» в холл выбежал Тэо, а за ним быстрым шагом направлялась Хаэрлин.
Она хотела было что-то сказать, едва заметив меня, но взглянув мне за спину — ошарашено замерла, после чего мне достался виноватый взгляд девушки.
С улыбкой поймав на руки своего обеспокоенного малыша, я поняла, что он чувствовал меня на поле боя, потому так волновался.
— Со мной всё в порядке, хороший мой. — проговорила я, как только маленькие ручки крепко обняли меня за шею. — Не волнуйся. Теперь я не уйду и буду рядом.
— Обещаешь? — тихо спросил сын, посмотрев в мои глаза своими черными.
— Конечно. — я улыбнулась. — Разве я лгала тебе? Если я сказала, что буду рядом с тобой, значит так оно и будет.
Кивнув, Тэоран вновь обнял меня, опустив темноволосую головку мне на плечо.
— Ксиай, ты не хочешь ничего объяснить? — послышался тихий голос за моей спиной.
Медленно обернувшись, поймала хмурый взгляд Грэгора.
— Что я должна тебе объяснить? — приподняла брови я.
— К примеру кто этот ребенок. — мрачно сложив руки на груди, он всё так же смотрел мне в глаза. — Хотя я догадываюсь. Но почему ты ничего не сказала?
— Думаю, вам стоит поговорить наедине. — вмешался брат, а затем телепортировал нас с Грэгором в мои покои, придержав за локоть недовольную Даралу.
— Я не знала. — пожала плечами я, опуская на пол Тэо, который взглянув на нас фыркнул, а затем направился к креслу у камина, стоящее там специально для него. — О беременности я узнала случайно услышав разговор брата и Хаэрлин, при том Хин не собиралась оставлять жизнь малышу, ведь мы должны были погибнуть. У меня бы не было ребенка вовсе, если бы не вмешался брат в тайне от других ещё когда проходили эксперименты надо мной. На следующий день меня ввели в искусственную кому, в которой я провела почти всё время беременности. Когда был рожден Тэоран, мы с малышом пришли в себя только спустя пару месяцев после родов. Столько времени прошло. Я думала, у тебя своя жизнь и нам там места нет. Поэтому не стала лезть к тебе.
Он стоял прикрыв глаза и даже бледнее обычного, а затем резко притянул меня к себе, крепко сжав в объятиях и уткнувшись носом в мои волосы.
— Какая же ты глупая. — шумно выдохнул демон, ещё крепче прижав меня к себе. — Я ведь искал тебя столько лет. Столько раз проклял себя за то, что просто так отпустил тогда. А ты даже не сказала о том, что у нас есть ребенок. Сын.
— Прости за это. — глухо ответила я, неловко обняв своего мужчину за торс. — Я не хотела, чтобы его забрали у меня. Я живу ради Тэорана.
— Тэоран… — он тихо хмыкнул. — Красивое имя. И малышу подходит. Ксиай… вернешься со мной во дворец? С Тэо. Это и ваш дом тоже. Я не собираюсь терять вас опять. Я люблю тебя, ведьма.
Замерев, я ошарашено посмотрела на странного мужчину, вовсе не ожидая получить его признание, тем более сейчас, вот так.
— И что это за взгляд? — с раздражением поинтересовался черноглазый, после чего проговорил:-Впрочем, собирайтесь. Я больше не собираюсь ждать, мне с головой хватило пяти лет.
Фыркнув, я тряхнула головой, а затем с легкой насмешкой поинтересовалась:
— С чего ты вообще взял, что я стремлюсь жить во дворце? Или что отпущу Тэо?
— А я не спрашивал. — невозмутимо ответили мне. — Раз уж вы не хотите собирать вещи — без проблем. Тэо, малыш, иди сюда.
Напрягшись, я попыталась понять, что он задумал, но в следующее мгновение мужчина подхватил на руки сына и прижав меня к себе за талию — просто телепортировался, как оказалось, во дворец.
— Ты чего творишь? — прошипела я. — Я не соглашалась идти с тобой.
— Но и не отказывалась. — просто пожал плечами демон, а затем ловко надел свой брачный браслет на моё запястье. — Прости, но иначе я не могу поступить.
Взбешено посмотрев в черные глаза Грэгора, я забрала удивленного сына с рук уже мужа, а затем прорычала:
— Убирайся.
— Прости. — вновь выдохнул он, но поняв, что сейчас это бесполезно, молча кивнул и направился на выход, опустив плечи.
— Мам, ты злишься? — тихо спросил сын, обняв меня.
— Немного. — тряхнув головой, я натянуто улыбнулась.