— Отрубают правую руку, — сказал Ивар.
— Да, — лорд кивнул. — Но сначала мне нужен второй зверь. Завтра.
— Да, милорд.
Я не поверила. Я смотрела на Ивара, стоящего с каменным, ничего не выражающим лицом, с темными от гнева глазами. Я обернулась на лорда… Нет… Это все только слова? Ничего не будет. Не может быть.
— Нет… — шепнул я.
А лорд легко спрыгнул с коня, снял меня с седла, словно ребенка, поставил рядом. Словно и не было ничего.
— А пока, ловчий, покажи нам, как охотятся на веллоков. Леди Эйн хотела посмотреть.
Глава 15
— Не отворачивайся, смотри, — лорд едва ли не силой заставил меня поднять голову.
Хотелось зажмуриться.
Пока еще не страшно, — говорила я себе и сама не верила. Страшно. Но то, что будет дальше, пугало куда еще больше.
Главное, чтобы все получилось…
Ивара привязали за руки к столбу во дворе. Я не видела его лицо, только спину. Алые полосы на спине. Пронзительный свист хлыста в тишине, глухой удар… судорожно напрягаются руки… кровь… капает… хлыст сдирает кожу широкой полосой.
Дорн с кнутом в руке… огромный дорн, из чудовищной свиты лорда. Мне казалось — один удар, и дорн перешибет Ивару спину. С такой силой — стоит только захотеть.
Но это только начало.
— Смотри, — горячее дыхание у самого уха.
Меня трясло.
Да, я помнила, что у Ивара вся спина в этих рубцах. Вся сплошь. Когда-то, целую тысячу лет назад, в другой жизни, когда мы валялись в кровати у потрескивающего очага, я пыталась сосчитать. Белесые, чуть рельефные на ощупь, с выпуклыми краями. Ивар смеялся, говорил, что там в сотню слоев и сосчитать давно невозможно. У него слишком скверный характер, его били столько раз, что он сам уже сбился со счета, и в армии, и здесь, да и отец в детстве порол, но с тех, детских времен следов не осталось. Я водила пальцами по его спине и смеялась тоже. Я не понимала тогда какого это. Пыталась представить, но реальность была слишком далека. В другой жизни. Ивар обнимал меня, и больше ничего не имело значения.
А теперь…
Я не представляла, как ему удавалось сохранять столько самообладания.
Вчера, у реки, Ивар спокойно ходил, показывал ямы для охоты, приманки и сигнальные растяжки, рассказывал обо всем со знанием дела. Улыбался даже. Я слушала, но не слышала и не понимала ничего, не могла ни о чем думать. Невозможно… Потом мне даже начало казаться, что ничего не было, что все эти угрозы мне померещились, не стоит принимать всерьез. А потом я увидела, как Ивар сидит у костра, задумчиво разглядывая правую руку, сжимая и разжимая пальцы. Он вздрогнул, едва ли не за спину руку спрятал, когда понял, что на него смотрю. Я хотела подойти, но лорд был рядом.
Потом мы уехали, а он остался ловить зверя. Поймал, привез в замок.
Ивар сам подошел вечером, схватил за руку во дворе, рывком втянул за выступ стены в глубокую тень.
— Давай договоримся, ведьма, — жестко, но очень спокойно сказал он, — чтобы завтра никаких истерик и никаких неожиданностей. Ты не будешь никуда лезть, не будешь бегать, кричать и что-то доказывать. Лучше даже уйти подальше и не смотри, если позволят. Не лезь. Совсем. Чтобы, по крайней мере, за тебя я мог не волноваться. Если лорд будет что-то предлагать тебе… ну, если будет предлагать отпустить меня, взамен на что-то еще… говори: «нет». Поняла. Он любит такие игры, но не стоит с ним в них играть. Ты проиграешь. Говори, что тебе плевать.
Он крепко держал меня за плечи, глядя в глаза.
Больше всего он волновался за меня, а вовсе не за себя.
— А если мне и правда плевать? — сказала я.
— Очень хорошо, — серьезно сказал он.
Мне было страшно. Только тогда, наверно, впервые, я поняла, что все так и будет.
— Это из-за меня… — глаза защипало от слез, но я очень старалась не расплакаться сейчас.
— Это из-за того, что я не выполнил своей работы. Я знал, что рано или поздно это случится.
— И тебе правда… могут… могут отрубить руку? — я даже не сразу смогла сказать это вслух.
Сказать. Но поверить все равно не могла.
Что-то болезненно дрогнуло в его лице.
— Да.
— Тебе не страшно?
Он хотел было ответить что-то другое, более резкое, но передумал. Я видела, как его губы беззвучно шевельнулись, выплюнув ругательства.
Вздохнул.
— Я давно знал и был готов. Давно научился делать все левой рукой. От правой все равно нет никакого толка, пальцы не двигаются. Ничего страшного.