Ивар отвернулся. Этот, настоящий Ивар, который рядом со мной.
Туман вокруг.
Ивар шел не разговаривая, глядя перед собой. Все еще держа меня за руку. Я чувствовала его широкую теплую ладонь.
Он потерял все. Это я сбежала из дома сама. Сбежала дважды. А он потерял свой дом, совсем не желая этого, и уже ничего не вернуть.
— Ивар… — начала было я, но поняла, что не могу сейчас об этом.
— Да? — отозвался он.
Я пыталась хоть что-то придумать…
Правда ли — эти сны? Было ли это? Или только могло бы быть?
— У тебя раньше волосы светлее были, да?
Глупый вопрос. Наверно, самый глупый из всех возможных.
Ивар хмыкнул, провел ладонью по затылку.
— Они и сейчас растут светлее бороды. Только меньше стало с возрастом.
— А как давно это было?
Это ведь было, да? На самом деле?
Ивар тихо вздохнул.
— Чуть больше десяти лет назад, — говорить не легко, но и от молчания он тоже устал. — Я тогда вернулся из своего первого похода, дом отстроил. Наверно, это было самое счастливое время в моей жизни.
— А потом?
— Потом… Потом все пошло как-то… Дом осенью сгорел. И амбар, все что с поля собрали — сгорело тоже. Хорошо, добрые люди помогли… вот, как раз, отец Льют нас приютил на зиму. Я в город на заработки ушел, денег не было… Аика родила сына, но он и месяца не прожил… а меня тогда даже рядом не было, я его не видел совсем. Я вообще слишком мало времени проводил дома… Я все время уходил. Надо было остаться с ними, и тогда, может быть, смог бы их защитить. Драться — это единственное, что я умею.
Он чуть сильнее, скорее неосознанно, сжал мою руку.
Наверно, стоило сказать что-то вроде: «ничего, теперь все будет хорошо».
— А я умею только дома проектировать, в АвтоКаде. И еще рисовать, — сказала я. — Как ты думаешь, у меня в вашем мире есть шанс? Я даже готовить не умею.
Он повернулся ко мне. Впервые, за долгое время я увидела его улыбку.
— С домами, пожалуй, будет непросто.
— Вот и я думаю. Придется научиться чему-то еще.
— Зачем тебе это, Аня? Не проще ли вернуться домой?
— Не проще, — сказала я. — Я не хочу уходить.
Не оставлю его.
Если вернусь, потеряю что-то очень важное. Я не могу отказаться, не могу бросить. Моя жизнь уже никогда не будет прежней.
Мы шли сквозь туман, взявшись за руки. Не знаю, сколько времени, я уже давно потеряла счет часам и дням. Я почти не чувствовала усталости. Но зато страшно хотелось пить, и есть тоже, но не было ничего.
И еще, чем дальше, тем явственнее я чувствовала чужое присутствие рядом. Смутные тени, смутные шорохи. Я не видела и не могла понять что там. Но что-то было.
Прижималась к Ивару, стараясь держаться как можно ближе.
— Не бойся, — тихо говорил он. — Это только тени и сны.
Мне казалось, я видела огромных веллоков, выслеживающих нас. Они рычали, припадая к земле, словно готовясь к прыжку. Но так и не прыгали.
Колотилось сердце и руки леденели от страха.
— Может быть, нам пора возвращаться? — спрашивала я. — В поля. К реке. Вдруг мы заблудимся.
— Там опасней, чем здесь, — говорил Ивар. — Не бойся. Я с тобой.
Я видела тени, людей… я даже видела огромных дорнов, скачущих за нами, обнажив мечи, сверкая наконечниками арбалетных стрел.
— Стоять! — кричали они. — Остановитесь! Или умрете!
— Не оборачивайся, — говорил Ивар. И упрямо вел меня дальше. — Если боишься, смотри только под ноги.
— Предатель! — лорд Олттар вышел из тумана, преградив нам дорогу. — Ты поклялся служить мне, ловчий. Поклялся отдать за меня свою жизнь. И где ты теперь?
Ивар молча пытался обойти его, скрипя зубами, но призрачный лорд все равно оказывался перед нами.
— Закрой глаза, — сказал мне Ивар. — Крепко зажмурься и не открывай, пока не скажу.
Он вел меня вперед. Кажется, даже сквозь лорда. Не обращая внимание ни на что.
Я открыла глаза, когда он запнулся.
Дерево перед нами. Высокое дерево и маленькая Льют с почерневшим, высохшим, сморщенным лицом, длинные белые волосы треплет ветер. А под деревом еще одна Льют — девочка, старательно плетет птичку из травинок. Потом поднимает на нас огромные голубые глаза.
— Дядя Ивар, — просит она, — возьми меня с собой, мне страшно. Они убили Каю, они и меня убьют. Дядя Ивар…
Ивар отворачивается. Я чувствую, как напряженно дрожит его рука.
— Это сон, — тихо сказала я. — Это только сон.
Это сон. Но ведь Льют умерла. На самом деле. Я даже видела, как это было. Наверняка, и Ивар видел тоже. И не здесь, не в тумане, а своими глазами. Но только сделать ничего не мог.