Ладно. Я должна решать.
Будем так. В конце концов, если что-то срастется не правильно, потом можно найти врача, сломать и срастить заново. Срастить я смогу… мать твою, о чем я только думаю.
Надо решать.
Мне казалось, Ивар сейчас потеряет сознание.
Кто, как не я?
Сейчас…
Я потерла друг об друга ладони.
Нужен контакт с кожей. Не за руки…
Я села рядом, обхватила ладонями его шею, с обеих сторон. Закрыла глаза.
Все должно получиться. Я делала такое уже не раз. Ничего сложного.
И уже в самом конце, почти теряя сознание, я почувствовала, как чьи-то руки подхватывают, обнимают меня, и волна света… Свет и тепло накрывают меня с головой.
Утро. Я чуть приоткрыла глаза, потянулась, закрыла снова. Такая необычная легкость в теле, так спокойно и хорошо. Удивительно. Просыпаться окончательно и вылезать из кровати не хотелось. Не помню, когда просыпалась такой отдохнувшей. Полежать еще чуть-чуть…
Почувствовала, как кто-то опустился на край кровати.
И вот тут я вспомнила все что было. Резко села, сон как рукой сняло.
— Тихо, тихо, ты чего? — Ивар обнял меня за плечи. — Все нормально?
Я смотрела на него и пыталась прийти в себя.
Все что было вчера — мне приснилось?
Ивар улыбался.
Он сидел рядом, заметно уставший, но вполне довольный, без доспехов, в свежей льняной сорочке. Он положил руки мне на плечи, нежно, успокаивающе поглаживая большими пальцами.
Ничего не было? Я уже постепенно схожу с ума?
— Как ты? — спросил он.
— Хорошо… А ты?
Я не могла понять. Было?
Он улыбнулся, показал мне ладони. Я только сейчас заметила — все руки были синие, в кровоподтеках, в каких-то мелких неровных шрамах.
— Мизинец на правой руке теперь кривой, — Ивар широко улыбнулся. — Но сгибается нормально. Так что, все отлично.
Он сжал и разжал пальцы. Я видела, что сжимались они с заметным усилием, а разжимаясь — подрагивали. Было. Но учитывая, что было — думаю, и правда отлично.
— Ты как? — спросил он.
— Хорошо.
— А голова? Болит?
— Нет…
Я вспомнила тот свет и тепло. Это он? Как такое возможно?
— Ну, и хорошо, — сказал Ивар. — Значит, вся головная боль досталась мне. Зато не будет так мучить совесть.
— Тебе? Как это…
— Я попытался тебе вернуть… не знаю, получилось ли? Когда понял, что пальцы уже шевелятся, то решил, что хватит и нужно вернуть тебе обратно. А то так никаких сил не хватит.
Каждый может — говорила мне Илана, ведьма из деревни. Каждый может, но не все готовы делать это. Да и для местных это может закончиться плохо, их сила уходит корнями в землю.
Ивар взял и сделал. Так просто. Невероятно… Хотя, мне кажется, когда мы бежали с ним за рекой, на пустошах, когда за нами гнались дорны… тогда уже было такое. Но тогда мне было так плохо, что я почти не понимала. Было ли там?
Помочь ему и не потерять ничего самой. Головная боль и опустошенность достались ему. Но кости срослись, он не умер — это самое главное. Все остальное можно пережить. Головная боль — не самое страшное.
Я бы могла и сама, я была готова отдать, и не нужно ничего взамен.
Но кажется, каждый из нас получил больше, чем было изначально.
Невероятно.
Если бы так каждый раз!
Если бы…
Он рядом…
— А где Кора? — спросила я.
Ивар заговорщицки улыбнулся.
— На рынок ушла. Думаю, еще не скоро вернется.
И потянулся ко мне, поцеловал.
У него были холодные руки, и я немного вздрагивала, когда он снимал с меня рубашку. Зато, когда он обнимал меня — становилось тепло. Это не то, не магия, но все равно тепло и счастье разливались по телу волной. Его борода щекотала мне шею, и плечи, и грудь. Он целовал меня, и, мне казалось, весь мир перестает существовать. Только мы вдвоем.
— Я люблю тебя, — тихо шепнул он.
— Я тоже тебя люблю…
Я закрываю глаза и вижу Ивара.
Вижу с закрытыми глазами.
Чувствую его дыхание. Слышу, как бьется его сердце, словно оно мое собственное.
Даже если Ивар далеко. Чувствую, когда он отдыхает, и когда тренируется, когда устал, и когда он счастлив. Это удивительно.
Нет, мыслей я, конечно, не слышу, и слава богу. Ивар всегда корректен и сдержан, по крайней мере со мной, но знать, что он думает на самом деле, я не хочу. Мне хватает и так.
Я чувствую его точно так же, как лорд Олттар чувствовал меня. Да, меня передергивает порой от таких сравнений, но ведь это правда, и от этой правды никуда не деться. Наша сила, сила пришельцев на этой земле, имеет одинаковую природу. Я такая же, как и они.