Глава 8. Символ
Зардана проснулась от того, что в лицо ударил мягкий солнечный свет. Она лежала на боку, уткнувшись щекой в подушку, и сначала даже не поняла, где находится. Голова ещё гудела от вчерашнего, но в теле чувствовалась расслабленность, будто она спала несколько дней подряд.
Она приподнялась на локте. Платья на полу уже не было. Сапоги тоже исчезли. На стуле, рядом с диваном, аккуратно лежало свежее бельё и чистая одежда.
Дверь в комнату была заботливо прикрыта, чтобы не разбудить.
Зардана невольно улыбнулась.
«Светка… ну кто бы ещё додумался?»
Она провела рукой по лицу, взъерошила волосы и, зевая, поднялась. Ноги коснулись пола — он был тёплым от солнца. С кухни доносились звуки: стук ножа по разделочной доске, шипение масла. Пахло жареными яйцами и свежим хлебом.
Зардана, всё ещё босиком, вышла в коридор и направилась к кухне.
Светка стояла у плиты, в домашней футболке и с собранными в небрежный пучок волосами. Она жарила что-то на сковороде и, не оборачиваясь, сказала:
– Ну, здравствуй, ночная гулёна. Как спала?
– Как убитая… – Зардана улыбнулась и опёрлась плечом о дверной косяк. – Я думала, ты будешь меня ругать.
– А толку? – Светка обернулась, на лице её светилась хитрая улыбка. – Ты ж всё равно сделаешь по-своему. Я твоё платье постирала. Оно было в таком состоянии, будто ты по вулканам карабкалась всю ночь.
Зардана опустила взгляд, уголки губ дрогнули.
– Вулканы… почти угадала.
Светка вернулась к сковороде, но голос её стал мягче:
– Ну? Что ты там узнала? Что-то нашла? Или просто к своему чертёнку бегала, соскучилась?
Зардана подошла ближе, села за стол, сложив руки. Она смотрела, как подруга ловко управляется с лопаткой и сковородкой, и чувствовала, как её собственное сердце начинает биться быстрее от воспоминания о крыльях, о жарком воздухе, о его взгляде.
– И то, и другое, – ответила она после паузы. – Я должна была его видеть. Он… он рассказал про Тень. И предупредил.
Светка поставила перед ней тарелку с яичницей, села напротив и опёрлась подбородком на ладонь.
– Рассказывай.
И в её голосе не было осуждения. Только интерес и та самая тёплая забота, которая в этом доме стала для Зарданы настоящим чудом.
– Ну? – её глаза блестели. – Не тяни резину. Что он тебе сказал?
Зардана задумалась, ковыряя вилкой яичницу, а потом медленно начала:
– Тень… это не просто какая-то там злая тварь. Это древняя сущность, тёмная энергия. Она не думает. Она не чувствует. Она просто… жрёт. Везде, где может. Проникает, укореняется, высасывает жизнь. – Зардана вздохнула. – Он сказал, что в его мир она попасть не может. Но в наш… очень даже может.
Светка нахмурилась.
– Так и думала… – пробормотала она.
– Девочка, дочь Славы… и её мать … они… Тень уже в них. Оро увидел их в моих воспоминаниях. Он видел, как они на меня смотрели… и сказал, что там она уже пустила корни. Он сказал, что между мирами есть трещины и Тень проникла к нам через эти трещины. Но ей нужны врата и тот, кто их откроет, то есть Я. – Зардана оторвалась от яичницы и подняла глаза на Светку, как бы в ожидании поддержки.
– Ага, – Светка почесала висок. – Это объясняет, почему тебя так колбасит после встреч с ними. А что про Стражей?
Зара покачала головой.
– Ничего про Стражей. Он… он видел Ярослава, сказал, что он как-то связан с девочкой и… со мной… – она замялась, вспоминая взгляд Оро, когда тот произнёс это. – Но о Стражах ничего не сказал.
Светка постучала ногтем по столу, задумчиво щурясь.
– Значит, узнаем сами. – В голосе её прозвучала та самая деловая нотка, за которую Зардана её и любила. – Что ж, будем копать. Не в первый раз, правда?
Зардана едва улыбнулась.
– Ты даже не спросишь, почему я ушла ночью?
Светка фыркнула и развела руками:
– Ушла – значит, по-другому не могла. Ты сама решаешь, куда тебе ходить. Только вот сапоги мои не угробь в следующий раз, ладно?
Они обе рассмеялись, и на мгновение тревога отступила. А где-то в глубине Зардана всё ещё ощущала тёплый голос Оро: «Позови меня. Я приду.»
Зардана только собиралась взять кружку с чаем, когда за дверью раздался осторожный стук.
Она с удивлением посмотрела на Светку.