— Кому нужна стиралка, если есть магия? — произнесла она с лёгкой игривой улыбкой, как бы рисуясь перед ним.
Ярослав рассмеялся тихо, с восхищением глядя на неё:
— Вот это да… Ты точно ведьма, Зар. В хорошем смысле.
Она чуть смутилась, но улыбка осталась. Впервые за долгие годы в её взгляде было лёгкое кокетство, которое она и сама заметила.
Ярослав уже оделся в только что «обновлённую» одежду и выглядел так, будто вернулся не с пустыря, а из хорошего отпуска. Они сидели за маленьким кухонным столом, друг напротив друга. Светка оставила после себя порядок: чистая скатерть, аккуратно сложенные салфетки.
На тарелках — простая яичница, хлеб с маслом, кружки с дымящимся чаем. Но после всего пережитого это казалось пиром.
— Боже… — выдохнул Ярослав, положив кусочек яичницы в рот. — Это же обычная еда… а, кажется, будто это… ну не знаю… лучший ресторан.
Зардана чуть улыбнулась, отламывая хлеб и наблюдая, как он ест с таким аппетитом.
— Это просто ты впервые за долгое время ешь без напряжения, — сказала она. — Вот и вкус другой.
Он кивнул, но взгляд его блуждал, словно мысли уже ушли куда-то дальше.
Он отложил вилку, чуть наклонился к ней и тихо, почти заговорщицким тоном сказал:
— Зар… а ты можешь… ну… научить меня?
Она удивлённо подняла глаза:
— Чему?
Он улыбнулся уголком губ, чуть смущённо:
— Ну… хотя бы вот так… одежду «стирать». — Он жестом показал, как она водила руками. — Это же… невероятно! Представляешь, сколько можно времени сэкономить? И денег…
Она засмеялась — звонко, тепло, не ожидая такого детского восторга.
— Слав, ты как ребёнок, который только что увидел фокус.
— А что? — он развёл руками. — У меня же теперь… ну, как это… тоже Сила есть. Разве не могу?
Зардана прищурилась, словно оценивая его возможности.
— Можешь, — наконец сказала она. — Только тебе придётся сначала почувствовать Силу. Не просто взять и сделать, а… понять, как мир вокруг тебя откликается.
— Я готов, — горячо сказал он, и в его глазах загорелся тот самый огонёк, что она заметила ещё ночью. — Научи меня.
Зардана посмотрела на него поверх кружки чая и вдруг поняла, что этот утренний свет делает его взгляд каким-то особенно живым. И от этой мысли у неё внутри что-то приятно кольнуло.
— Ну что ж, — медленно сказала она, — можно попробовать. Но не с одежды, а с чего-то… попроще.
И впервые за всё утро между ними возникло предвкушение — не только магии, но и того, что они учатся быть рядом.
Зардана откинулась на спинку стула, глотнула чай и улыбнулась, наблюдая, как Ярослав нетерпеливо ерзает на месте.
— Ладно, уговорил, — сказала она наконец. — Но дома мы ничего пробовать не будем. Ещё, не дай бог, хату разнесёшь.
— А где тогда? — он вскинул брови.
— Пойдем, прогуляемся. — Она поставила кружку на стол и поднялась. — Подожди, я только переоденусь.
Он посмотрел ей вслед, когда она вышла из кухни, и остался сидеть в тишине. Потом привычка взяла своё: он собрал тарелки, сложил их в раковину, запустил воду. Движения были почти автоматические — так его приучили годами, - сначала мать, потом жена: «не оставляй грязную посуду», «порядок в доме — порядок в голове»…
Через несколько минут кухня снова была чистой. Он вытер стол, аккуратно сложил салфетки. Почувствовал странное удовлетворение, как будто вернул себе часть прежнего мира — только без того ядовитого взгляда, который раньше сопровождал эти движения.
Дверь скрипнула, и Зардана появилась в проёме. На ней уже были джинсы, майка, лёгкая куртка и собранные в хвост волосы. Она шла, пытаясь застегнуть молнию на куртке, и говорила что-то себе под нос.
— Ну что, готов? — спросила она, поднимая взгляд, и замерла.
Кухня сияла чистотой. Тарелок на столе не было, и даже крошки были убраны.
— Ты… убрался? — удивление в голосе прозвучало явно.
Ярослав по-мальчишески смутился, почесал затылок:
— Ну… да. Привычка. А то… как-то неудобно…
Она фыркнула, качнув головой, но в её взгляде было что-то новое — тёплое.
— Знаешь, я уже давно не встречала мужчин, которые после еды убирают за собой.
— Ну… — он пожал плечами, смущённо улыбнувшись, — теперь встретила.