Она встала. Осторожно, шаг за шагом, прошла в прихожую. Надела кеды, которые мать велела носить "только по праздникам". Завязала шнурки дрожащими пальцами, глядя на входную дверь, как на спасение. В последний момент накинула тонкую кофту и прижала к груди блокнот.
Щелчок замка прозвучал, как выстрел. Она выскочила в сырой подъезд и побежала, не оглядываясь.
* * *
В спальне воздух казался наэлектризованным, будто перед грозой. Тени всё ещё дрожали по углам, холод сочился сквозь щели, но Борис чувствовал — силы недостаточно.
Он поднялся с кровати, провёл рукой по груди, словно сдерживая зверя внутри.
— Мы ещё недостаточно сильны, — глухо сказал он. — Нужен третий.
Марина сидела на краю кровати, по-прежнему немая, с пустым взглядом. Она кивнула, как безвольная кукла, вперив в него стеклянные глаза.
— Тащи сюда девку, — процедил Борис. — Она будет третьей.
Она поднялась, покорно пошла в детскую, но… Алисы там не было.
Марина растерянно осмотрелась, заглянула в кухню, в ванную. Сердце билось быстрее — будто сама Тень внутри неё завибрировала, почувствовав утрату.
В прихожей она увидела пустую полку у двери. Кеды… исчезли. И входная дверь была приоткрыта, как зияющая рана.
Марина метнулась к двери и выглянула на лестничную клетку, но девочки и след простыл.
Она медленно вернулась в спальню, жестами показала Борису: девочка ушла.
Он резко обернулся, в его глазах сверкнула злоба.
— Сбежала, ведьмино отродье… — прошипел он, как зверь, обнажив зубы. — Мелкая тварь.
Он опустился на край кровати, сжал кулаки, погрузился в хмурое молчание. Затем, словно вспомнив что-то, приподнял голову.
— Ничего. Я знаю, кто будет третьим, — произнёс он, глядя в стену. — Пошли.
Марина наскоро оделась и последовала за ним. Они вышли из квартиры, не оборачиваясь, и шагнули в объятия ничего не подозревавшего города, - за новой жертвой.
* * *
Раиса Васильевна, жена Бориса Петровича, с самого утра ходила по квартире, то и дело выглядывая в окно. Борис Петрович уже давно должен был вернуться с ночной смены, но его всё не было. Ни звонка, ни весточки.
«Не похоже на него. Он всегда предупреждал. Хотя бы смс присылал» – тревожные мысли крутились в голове.
Она уже собралась набирать диспетчерскую, как вдруг в замке повернулся ключ.
— О, Господи, наконец-то! — выдохнула она и бросилась к прихожей.
На пороге стоял Борис. Но с ним была женщина — приземистая, темноволосая, с выжженным взглядом. Раиса Васильевна застыла.
— Боря? А это… кто?.. — она пыталась улыбнуться, но уголки губ задрожали.
Муж ничего не ответил. Просто смотрел на неё. Не моргая. Не дыша. Будто незнакомец, надевший маску её мужа.
Раиса Васильевна медленно попятилась назад, понемногу понимая, что это вовсе не её муж, а кто-то другой в его обличии.
— Боря… — прошептала она. — Что с тобой?.. Кто вы?!.
Она резко развернулась, пытаясь добежать до телефона, но Борис оказался быстрее. Он схватил её за плечи и прижал к стене. Она открыла рот, чтобы закричать, но он закрыл ей рот ладонью.
— Тихо, дорогая. Скоро всё пройдёт. Ты будешь наша, — произнёс он ласково, почти с нежностью, но в этих словах не было ничего человеческого.
Марина подошла ближе. В её зрачках плясали искры тьмы. Из их тел потянулись тонкие чёрные нити, как щупальца — дрожащие, живые, обволакивающие Раису Васильевну, проникающие под кожу, в душу, в суть.
Она пыталась кричать, вырываться, но дыхание остановилось. И время вокруг будто остановилось тоже.
Тень жадно проникала в неё — вязкая, липкая, чужая. Раиса Васильевна сжалась, но затем… расслабилась и обмякла. Страх ушёл. Исчезло и имя. Исчезла она сама.
Через несколько мгновений уже не было той самой женщины, что утром грела чай и смотрела в окно. Было новое существо. Третье.
Теперь они стояли втроём — Борис, Марина и Раиса — тёмное триединство, единый сосуд Тени.
И в их новом голосе, который зазвучал сразу в трёх глотках, было что-то зловещее, торжествующее:
— Теперь мы готовы.
Тьма в квартире сгустилась, замерцала. Окна потемнели, отражая не улицу, а иные ландшафты — мёртвые, с искажённым небом.