Перед ним медленно проплывали картины его жизни: он — маленький мальчик, стоящий в углу под холодным взглядом матери. Он — подросток, стиснув зубы, терпит насмешки одноклассников, не позволяя себе расплакаться. Он — молодой муж, слушающий колкие слова жены, но молча сдерживающий гнев. И он же — рядом с Зарданой, и в сердце его сияет тёплый луч, тянущий его к свету… но этот свет прерывают тени сомнений, боль сравнения и ревность, что жжёт изнутри.
Архангел медленно выдохнул, и в голосе его было что-то от тихого моря:
— Ты научился быть сильным, защищая других, но забыл защищать себя. Твоя ревность — это страх потерять то, что даёт тебе жизнь. Запомни: любовь не держат силой. Она живёт там, где ей дают свободу.
Архангел чуть наклонил голову, продолжая смотреть в самую глубину его сердца.
— Ты не сможешь принять Аркан, пока в тебе живёт ревность, — произнёс он мягко, но так, что слова прозвучали как приговор. — Любовь не живёт в неволе. Она дышит там, где её отпускают. Освободи свою душу, Страж, и тогда ты сможешь понести то, что предназначено тебе.
Архангел сделал шаг назад, позволяя ему отойти. Ярослав подошёл к Зардане, взял её руки в свои, понёс их к губам и тихо прошептал:
- Прости...
Зардана всё поняла без лишних слов и просто кивнула с лёгкой улыбкой, в которой было тихое принятие.
Тем временем, взгляд Архангела обратился к Оро.
Тот выпрямился, ожидая, что Архангел заговорит о цели их визита, но слова оказались совсем иными.
— Ты здесь вовсе не сторонний наблюдатель, Оро из мира огня, — сказал Архангел, и в его голосе звучала тёплая усмешка, словно он видел больше, чем говорил. — Твоя роль в этой истории больше, чем ты думаешь… Подойди.
Оро нахмурился, едва заметно качнув головой.
— Но… я лишь провожатый, — произнёс он тихо.
Архангел только улыбнулся в ответ, но больше ничего не добавил, оставив слова висеть в тишине.
Оро встал перед Архангелом, как до него стояли Зардана и Ярослав. И так же как и до этого, Архангел притронулся к его душе.
…И увидел там огонь — древний, яркий, но окружённый слоями пепла. Пламя силы, что когда-то было безграничным, теперь сдерживалось старыми ранами и памятью о тех, кого он потерял.
В этом огне архангел различал и нежность, скрытую глубоко, и верность, что не сломили века. Он видел, как Оро, гордый и независимый, столько раз выбирал одиночество, лишь бы не навредить тем, кого любил. И среди этого огненного марева вдруг мелькнуло лицо Зарданы — и огонь в ответ дрогнул, словно вспыхнул сильнее.
Архангел закрыл глаза, вдыхая этот образ, и произнёс:
— Ты многое забыл, Оро, но суть свою не потерял. Ты хранишь в себе больше, чем думаешь.
Он открыл глаза и взглянул прямо в его душу:
— Аркан был с тобой всё это время. Не в твоих руках, а в сердце и духе. Ты — хранитель, хоть и не знал об этом.
Оро резко выдохнул, будто удар пришёлся прямо в грудь.
— Я?.. Но… как? — спросил он, отпрянув.
Архангел улыбнулся так, как улыбаются те, кто знает слишком много, чтобы объяснять всё сразу:
— Всё узнаешь, когда придёт час.
Архангел, опустив руки, обвёл их мягким, но цепким взглядом. Его голос прозвучал спокойно, но каждая нота будто отзывалась в сердцах.
— Теперь все в сборе, — сказал он. — Проводник, Страж и Хранитель. Вы готовы?
Зардана нахмурилась, переводя взгляд с Архангела на Оро.
— Подожди… Хранитель? Но ты же сам говорил, что это Архангел…
Оро чуть заметно развёл руками, словно извиняясь.
— Я и сам так думал, — его голос был ровным, но в глазах мелькнуло смятение. — Но оказалось иначе…
Архангел улыбнулся уголками губ, словно наблюдая за детьми, которые только начинают понимать правила большой игры.
— Истина приходит тогда, когда сердце готово её услышать, — тихо произнёс он. — А сейчас… пришло время пробудить Аркан.
Он сделал шаг вперёд.
— Хранитель и Страж, встаньте друг напротив друга, — произнёс Архангел. Его голос был мягким, но не оставлял места возражениям.
Оро и Ярослав подчинились, но их взгляды цеплялись друг за друга с тенью недоверия.