И крылья мне не понадобились.
В первый момент я подумал, что умер. Я задёргался, завертелся, переворачиваясь, превратившись в невесомую мерцающую тень самого себя. Я несколько запаниковал. Я смотрел, как я там внизу бледнею, я даже чувствовал свою боль, точно шептавшую издалека - "ты скоро умрешь". И тут я, потянувшись к умирающим осенним листьям, аккумулировал энергию тлена и превратил их в прочные веревки, зацепил самого себя за руки, за ноги, вытянул и сбросил на траву, обезвредив и зашив порезы некромантской нитью. Проделал я все это без усилий. Оказывается, некромантить вне физического тела намного легче. Грань приоткрыта, и холодное некромантское дыхание ощущается ярче. Интуитивно я чувствовал, что если коснусь себе лежащего, то вернусь в тело. Но я не стал торопиться. Я прислушался и услышал пение. Чистое, звонкое. Точно это пела вселенная или звенели струны скрипки, на которых играла сама вечность. Я полетел на зов и буквально нырнул в пестрое море музыки, пестрого тумана и звенящих зеркал.
Как я встретил ее….
Когда в тот вечер я вернулся в деревню, то никому ничего не рассказал. Тетка, у которой я жил, никогда не ругала меня за испорченную одежду. Еще бы, я думаю, мое содержание щедро оплачивалось. Все-таки, я был королевской крови, хоть и бракованный. Но многочисленные кровавые пятна порядком ее напугали. Но я ответил, что со мной все хорошо – просто я экспериментировал. Ее этот ответ устроил, а мальчишки с тех пор не приближались и не разговаривали со мной. Но это меня вполне устраивало. Я заказал скрипку и начал осваивать инструмент усердней, чем некромантию. Теперь у меня была моя музыка и целая вселенная. И не одна. Поначалу, чтобы снова выскользнуть из тела, я выпивал почти смертельный яд. Отсчитывал дозу так, чтобы потерять сознание. Выскальзывая из тела, вливал себе противоядие. А когда я освоил скрипку, то подобрал мелодию, которая пропускала меня в мое зеркальное царство.
Сначала я просто бегал, плутал, летал по лабиринтам, ощущая бесконечную головокружительную легкость. Я попадал то в зеркальную залу, то в мягкую, набитую туманом, тучу. Я бродил по зеркальным коридорам и в каждом зеркале видел себя. Но постепенно, помимо собственного отражения, я научился видеть осколки или отрывки других жизней. Я пересекал грани и заглядывал в удивительные миры. Однажды я посмотрел в зеркало и увидел берег моря, а на берегу, нежась в лучах ласкового закатного солнца, лежала самая прекрасная девушка на свете. Мне было пятнадцать. Я никогда не заглядывался на девушек, хотя в деревни было много красивых ведьмочек. Но от девушки, которую я увидел в зеркале, я не мог отвести взгляд. Ей было где-то около двадцати. Но точно молния. Точно какая-то колдовская сила неудержимо потянула меня к ней, и я нырнул в зеркало, чтобы из цветного лабиринта ступить на горячий прибрежный песок. Я оглянулся – зеркало позади меня захлопнулось. Девушка продолжала лежать, подставив солнцу упругие, украшенные коричневыми маковками, груди. Ее длинные черные, по ведьмински отливающие фиолетовым волосы, застыли на песке, точно крылья. Я спрятался за большой валун и замер, не сводя с нее глаз. И тут я увидел, как, подняв облако песка, неподалеку закружил некромантский вихрь. Я сжал кулаки. Я готов был защищать свою красавицу от любого, даже самого сильного обидчика. Но, как оказалось, она не нуждалась в моей защите. Из вихря появился златокудрый и зеленоглазый молодой человек. Она улыбнулась, кутаясь в шелковое покрывало, и я понял, что они знакомы. И, может быть, даже любовники. Они устроились совсем близко друг к другу, смотрели на закат, держались за руки. Он что-то шептал ей на ухо. Затем он стал прижиматься все сильнее. И поцелуи его стали совсем не невинные. Она оттолкнула его, а он …ударил ее со всего размаха по лицу. Я выскочил из –за камня. А зеленоглазый позвал вихрь но, прежде, чем исчезнуть, оглянулся. И, как мне показалось, лукаво подмигнул.
А девушка заплакала. Безудержно и самозабвенно. Я шагнул к ней. Ее черные волосы рассыпались по плечам, почти сливаясь с быстро набегающими сумерками. Покрывало сползло на песок. Ее белые груди будто светились в темноте, перехватывая дыхание, они были так нежны, так прекрасны. Мне хотелось прикоснуться к ним, целовать. Но вот она подняла заплаканное лицо, и меня будто окатила горячая волна. Я увидел ее ауру, яркую, напоенную магией. Но в этой живой сияющей силе, как потухшие искры, как разбитые осколки, чавкали черные щупальца. Мне стало жутко. Это была Тьма. Я увидел, как Тьма, радостно оскалилась и потянулась ко мне, а девушка, дернулась и тоже мне улыбнулась, призывно, соблазнительно, откидывая волосы, вытирая слезы, подползая ко мне, приглашая опуститься на песок. Я задрожал, все внутри вспыхнуло и закрутилось. Как загипнотизированный, я рухнул на колени, увлекаемый ее руками в страстный водоворот. Я чувствовал губы. Чувствовал жаркий взрыв удовольствия. А вот боль я почувствовал не сразу…Только когда меня вышвырнуло из тела. И я увидел себя внизу с перерезанным горлом и мою красавицу, согнувшуюся надо мной с кинжалом. Я почувствовал собственную смерть. Она неслась ко мне. У меня оставалось несколько секунд. Я безжалостно отшвырнул девушку, склеивая себе рану на шее, надеясь, что мой некропластырь не отлетит раньше, чем я вынырну в своем мире. Иначе меня может сплюснуть. Тело умрет на песке, а его астральный двойник тогда превратится в приведение и будет вечно скитаться бестелесный в долине ведьм. Я успел. Рану долечивал уже вернувшись в тело. Она меня соблазнила и чуть не убила. Почему? За что? Что за червяк был у нее в ауре? Кто этот зеленоглазый любовник? И что это- другая реальность? Могу ли я встретиться с этой красавицей в этом мире? Или каждое зеркало – это мир, который создаю я?