-Еще скажи, что за принца! – усмехнулась я, оглядывая округлое пространство с мягким ковром на полу, столиком, где стояли напитки и закуски, мягкий диван располагался у стены, а под тяжелыми гардинами стояла пара кресел. Оттуда открывался потрясающий обзор, там мерцало концертное пространство, летающие в воздухе горящие обручи и шары. Представление еще не началось и над сценой было пусто, лишь тихонько пела одинокая флейта.
- А я похож на принца?
-Ты похож на бедного студента, который занял денег на все стипендии вперед и до получения диплома собирается питаться за дежурство в столовой…
-То есть на особу королевской крови я не тяну…- каким-то напряженным голосом спросил Джакк, при этом очень странно на меня посмотрев. Но мне было не до интерпретации его взглядов. Я плюхнулась на диван и стала на нем ерзать. Ох, как там у меня все чесалось. И горело. И мешалось.
-Слава богу, нет…Я ведь тоже не принцесса! – ответила я.
К нам заглянул одетый в серебристый пиджак официант.
-Дамы…господа! Рады приветствовать! Позвольте! – он порхнул к столу. В потолок взвилась пробка. В бокалах зашипело шампанское. – Я здесь! Наслаждайтесь! Если что, зовите!
Официант исчез. Затрубила труба. Заиграл оркестр. Мы пересели в кресла. Над ареной вспыхнули огни. Перед нами загорелись шары. Раздались аплодисменты. Почти напротив нас располагалась величественная ложа, которая вот только что была темной, но вдруг вспыхнула, и все зрители повыскакивали с мест. Музыка затихла. Как волна, по залу пробежал благоговейный шепот. Охрана вытянулась по струнке. Запахло цветами.
-Сама императрица…- прошептала я.
И действительно к бордюру ложи шагнула женщина в синем, переливающимся платье, на плечах серебристо- синяя, отороченная белым мехом накидка. На голове сверкающая каменьями корона, из-под которой выбиваются золотисто-светлые прядки. Говорят, что в жилах темной императрицы течет эльфийская кровь. Ее точеный профиль, белоснежная кожа и слегка заостренные ушки были тому подтверждением. Хотя никто не знал, как пресветлая эльфийская принцесса управляла темным источником, да еще объявила себя Верховной главой ордена Инквизиторов и Главным некромантом Конфедерации. По одной из народных версий императрицей стала та самая несчастная невеста Одержимого князя, которую он, оказывается, не задушил, а изнасиловал и проклял, превратив светлую эльфийскую магию в темное, но могущественное колдовство. И теперь Императрица должна расплатиться за власть и принести ему в жертвы и в жены свою юную племянницу, а также пару приграничных районов и тефсиловые рудники. Я схватила некронокль. Императрица царственно улыбалась подданным. В ее улыбке сверкнуло что-то хищное. Кивнув, она опустилась в кресло. И тут к ней присоединился мужчина. Неужели сам легендарный князь?
2. Первая брачная ночь
Правда - это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. (проф. Дамболдор, из книги "Гарри Поттер и философский камень")
Свет в императорской ложе приглушили. На арену, сверкая хвостами, выкатились саламандры. Но я не отрывала взгляда от спутника Великой и Бессмертной. Длинные черные волосы, небрежно накинутый на плечи красный атласный плащ, широкие плечи. Шрам, пересекающий скулы, не уродовал, но делал молодое лицо более мужественным. И тут он посмотрел мне прямо в глаза. Казалось, я ухнула на огромной скорости в бездонную яму. Дыхание перехватило, а некронокль выскользнул из рук и полетел вниз. Я вполне поняла императрицу – пред таким мужчиной сложно устоять.
-Всемогущий чародей!
Обнимающий меня за плечи Джакк, повернулся, поцеловал в нос и протянул свой:
-Держи!
-Лучше не надо…Я сейчас!
-Ты куда?! – воскликнул мой…муж, наблюдая, как я, не переставая почесываться, выбираюсь из кресла.
-Я сейчас…попудрить носик, туда и обратно…
Туалетная комната примыкала к ложе. Это было удобно. Я расстегнула застежки, стоя перед зеркалом, просунула руку под нижние юбки и замерла в ужасе. Потому что рука наткнулась на нечто лохматое, твердое, которое все росло, увеличивалось, жгло и разрывало кожу. Прикусив губу, я потянула это нечто на себя. Потянула еще. И еще. Закрыла глаза. Досчитала до десяти. Открыла и уставилась на собственную руку.
Это был…хвост. Длинный. Продолжающий удлиняться, скользить вниз с моей ладони. Черный. Блестящий, как у пантеры. Я посмотрела в зеркало. Помахала хвостом. Как плеткой. Вжих. Вжих. Затем опять на хвост. Пощупала. Мягкий, бархатистый. Хвост еще раз дернулся. Завис над полом. И вроде бы перестал удлиняться. И что это? Может, пока я спала, этот, больной на всю голову Джаккард, провел какой-нибудь ритуал с кошачьими костями? Я погладила, ущипнула хвост. А-а-а, больно! Хвост дернулся. Вернее, им дернула я. Подняла хвост вверх. Трубой. Почесала затылок. Поправила фату. Помахала, покрутила. А что? С хвостом очень даже удобно. Но ненормально. А еще хвост излучал такую странную магию – магию проклятья. Но вот кто меня, ведьму, мог проклясть так, что я и не заметила? Проклятье хуже болотной хвори. Лечить надо сразу, а то потом лечить уже будет некогда.