Октавий сжал мою ладонь своей горячей ручищей. В чаше плескалась вода. Но, когда наши переплетенные руки почти коснулись поверхности, вода вдруг качнулась и превратилась в лед.
-Меня не пригласили, а я пришел. С подарком!
Я обернулась. На ступенях лестницы стоял растрепанный Джакк, держа в руках перевязанную золотой лентой коробку.
14.4
Лента на коробке вспыхнула. Коробка взлетела и через секунду приземлилась у моих ног. Крышка отлетела. В коробке, в бурой луже запекшейся крове лежала…голова Эшика. Ярко-зеленые глаза остекленели. Я завизжала.
-Какого демона, Джакк?! – взревел Октавий, пряча мою голову на груди, ногой отпихивая коробку.
-Не поминай демона всуе, мальчик!
-Джаккард! Тебе лучше уйти! – громко произнес бородатый мужчина, чуть приподнимаясь с трона.
-Да ну? С чего бы это, папаша? Я только пришел. Но я, в принципе, не склонен здесь надолго задерживаться. Только моя жена уйдет вместе со мной. Сияна, детка, нам пора! - Он говорил каким-то чужим, таким гадко-самонадеянным тоном, который меня одновременно бесил. И от которого по спине бегали туда-сюда щекотные мурашки. Но вообще я разозлилась. Вспыхнула буквально, пальцы заискрились.
-Ой! – вскричал Октавий, схлопотав от меня порцию разрядов и отшатываясь в сторону.
-Джакк! Знаешь, я тебя не узнаю! – произнесла я, разглядывая Джакка с отвращением и чем-то еще – это было похоже и на страх, и на восхищение. Желание и броситься ему на шею. И убежать. Спрятаться за Октавия и больше никогда его не видеть.
-Серьезно? – усмехнулся тот, скидывая черный жакет, оставаясь в одной, распахнутой на груди, белой сорочке. – Обидно, детка. Я действительно надеялся, что ты-таки меня узнаешь. Кстати, тебе лучше пойти со мной по доброй воле. Трупов будет меньше.
-Почему она должна идти с тобой? Ты подарил ее мне. – ответил Октавий, отстраняя меня и направляясь навстречу моему бывшему мужу.
Джакк усмехнулся, уперев руки в бока, широко расставив ноги. Он стянул с руки перчатку, придавая ей некромагией такое ускорение, что через четверть секунды та повисла на носу у Октавия.
-Принимай вызов, ящерица! – добавил он.
-К твоим услугам, бескрылый! – отозвался Вий, сбрасывая перчатку, метко выплевывая тонкую струйку огня. Запахло паленой кожей. Перчатка превратилась в горстку пепла.
Между тем к Джакку, повинуясь распоряжению царственной особы с троны, приблизились царская гвардия. Окружая со всех сторон, готовясь в любой момент выпустить когти и крылья. Но Джакк словно бы и не замечал этого. А я уловила, как вокруг него быстро-быстро формируется защитное поле, которое втягивало в себя Октавия, точно желая пережевать и выплюнуть. Отрезая двух противников от всего остального мира. Шпаги звякнули. Драконы – гвардейцы попробовали атаковать накрывший драчунов купол. Но тот был неподатлив, как заговоренное стекло. Октавий был крупный, широкий, сильные мышцы бугрились под красным шелком. Казалось, одной своей статью он задавит хрупкого, в сравнении с ним, Джакка. Джакк двигался плавно, даже медленно. То ли танцевал, то ли играл. Дразнил. Клинок вот-вот должен был уже пронзить его насквозь, но даже и царапины не оставил. А Джакк непонятно каким образом оказался у Октавия за спиной. И прочертил длинный разрез на свадебной сорочки моего жениха. Тот охнул дернулся, разозлился. Развернулся выдыхая пламя.
-Фу, ящерица, что за манеры! Плюешься, как крестьянин! – издевательски произнес Джакк и подул на несущуюся на него огненную струю. Изо рта Джакка вылетел рой снежинок. Пламя зашипело, задымило. Погасло. Октавий растерялся. А Джакк как-то не торопясь совсем, продолжая издательски улыбаться, воткнул свою шпагу по самую рукоять прямо в сердце замешкавшемуся дракону. Воткнул и провернул.
Вокруг все затихло. И эта тишина была невыносима. Все, застыв, смотрели, как Октавий покачнулся. Как его шпага, звякнув, упала. Красный шелк намок, отяжелел, засочился красным. Октавий повалился вниз широко раскинув руки, его голова слегка повернулась на бок. Он смотрел на меня остекленевшими глазами. Которые еще совсем недавно были такими живыми, теплыми, яркими. Я прижала руки ко рту. Я не двигалась. Я не верила. Пронзительной вой прорезал тишину. Дракониха метнулась к куполу, выбрасывая в воздух крылья, выдыхая пламя. Но защитное поле устояло. Оно укрывало Джакка, который стоял и хохотал. Увидев в отчаянии колотящую купол дракониху, он усмехнулся, нагнулся, схватил тело Вия за волосы. Полоснул острием по шее, отделяя голову, насадил голову на острие и, выставив насаженную голову, проговорил: