Он чмокнул в щеку, поднимаясь, потягиваясь.
-Киска, ты настоящая волшебница! Слушай, а где твой хвост? Он куда-то исчез.
Князь ощупал ягодицы, звонко хлопнув меня по заднице.
-Хвоста нет, но попка то, что надо! Ты, киска, вообще просто огонь! Но мне, увы, пора! Если что, обращайся.
-Как? Ты что, вот так вот уходишь и все?! А как же я, а как же мы…
-Ну, киска, ты только не обижайся, но невеста у меня есть…Любовница тоже. Но, если очень хочешь, то я могу для тебя что-нибудь придумать... Будешь моей ведьмой?
-Да пошел ты!
Я швырнула в него смятой фатой.
-Как хочешь. Мужу привет!
И он скрылся за дверью. Дверь громко хлопнула. Внутрь ворвался рой снежинок, колючих, как стая обезумевших ос. Они бросились на меня, жаля холодными и острыми кончиками. Облепили со всех сторон, будто хотели поднять в воздух. Я взвизгнула. Стало холодно и больно. Снежинки волной отхлынули назад и на секунду в этом холодном блестящем ледяном облаке, появилось лицо мужчины, белоснежное, точно вырезанное изо льда. Его голубые глаза вспыхнули. Губы сжались. Он оглядел меня, усмехнулся.
-Ты все равно будешь моей. Несмотря ни на что! – проговорил он и растаял. Стек звонкими каплями на гладкий паркет. Я потрясла головой. Сначала разврат с незнакомцем напротив мужа. Теперь галлюцинации. Хотя, если инициация началась, а она началась и началась без подготовки, я чуть подвинулась и посмотрела на кровавое пятно на белоснежной, пахнущей лавандой, простыни, то галлюцинации – вполне нормальны. Обычно после первой брачной ночи только что лишившихся девственности ведьм опекали старшие и опытные сестры. К тому же, суженного не просто так подбирает родня. У ведьмы и суженного ауры сбалансированы и присутствует энергетическая совместимость. А что у меня общего с одержимым князем? Он может выпить мой резерв. Он может подчинить мою силу. Он может превратить меня в рабыню. Всемогущий чародей!
-Как я могла…Зачем я сделала это…- шептала я, закрыв лицо руками.
Я продолжала сидеть на кровати. И хотя снежинки уже давно растаяли, мне все еще было очень холодно. Внутри.
Джакк зашевелился. И я дернулась, точно от удара. Вскочила и побежала в ванную, захлопывая дверь. Я не смогу посмотреть Джакку в глаза. Я – предательница! Я – развратная женщина! Я не достойна его любви, уважения, доверия.
-Сияна! – вскричал Джакк. В его голосе пронзительно звучало волнение.
Я опустилась на пол, зажимая уши руками. В отчаянии кусая губу. Я же бесстыжая ведьма, беспринципный некромант. Но совесть моя так и не издохла. Она выпрямилась во весь рост и раздирала все мои внутренности на части. Рвала на кусочки и поливало все это жгучим и горячим соусом стыда.
-Сияна!!!
Я зарыдала.
-Сияна! Сияна, открой, пожалуйста, дверь…
Где-то у меня над головой раздался нерешительный стук. Джакк стоял по ту сторону двери. Далеко и близко одновременно. Я слышала и ощущала каждое его движение. Дыхание. Хотя так не хотела, просто не могла слышать его такой родной и знакомый голос. Руки, пытавшиеся заткнуть уши, бессильно опустились на пол. Я представляла выражение его лица.
-Сияна, прости меня, если сможешь. Я-то себя, конечно никогда не прощу…
«Никогда не простит?» Себя? Это он вообще о чем?
-Я не сдержал обещание. Я не сдержался. Я просто тебя очень люблю, Сияна. Не смог устоять. Почему ты не остановила меня?
Он что, решил, что у нас с ним все было? Он думает, что это он? Он обвиняет себя. Я застонала.
-Сияна, тебе плохо? Я сделал тебе больно? Сияна, любимая, открой!
А что он мог еще подумать? Что я отдамся другому, пока он без сознания?