– Каким дерьмом ты опять облился? – ощерился Вольц. Он таки отмахнулся от камеры, и она переключилась на вампира.
– Так пахнет правда, которую невозможно скрыть от народа! – Якров улыбнулся еще шире.
Дэлан все же схватил назойливый аппарат и так стиснул пальцами, что металлический корпус смялся, а вспышки наконец прекратились.
– Как вы сюда попали?
– Так же, как и вы, господин инквизитор, через главный вход, – ответил журналист, разглядывая уничтожаемое вампиром имущество. Дэлан не смог отказать себе в удовольствии и сжал пальцы еще сильнее.
– И полиция вас пропустила?
– У меня с собой универсальный пропуск. – Якров небрежным жестом фокусника продемонстрировал журналистское удостоверение и достал из кармана брюк самопишущий кристалл на шнурке. – Итак, дэ Аншэри, я вас слушаю.
От такой наглости инквизиторы на секунду опешили, разглядывая бородатого изобличителя правды, который одной строчкой в газете мог изгадить жизнь любому. Особенно он старался в тех случаях, когда дело касалось Управления.
– Вы меня слушаете? – спросил вампир.
– Да-да, говорите, я записываю, – кивнул Пыржик, помахивая кристаллом.
– Мне нечего вам сказать.
– То есть как? – выкатил глаза репортер. – Мой источник ясно дал понять, что здесь произошло нечто, о чем моим читателям будет крайне важно узнать. Я бросаю все дела и мчусь сюда в такую метель, а вы мне говорите… Нет, так не пойдет! Или вы сами рассказываете мне, что сделали с Чиделем Солла, или я немедленно начинаю собственное расследование, чтобы вывести Управление и вас, дэ Аншэри, в частности, на чистую воду! Народ вправе знать, как вы поступаете с его героями!
– Героями, я не ослышался? – поднял брови Дэлан.
– Да, героями! – Пыржик попытался выпятить грудь, что оказалось попросту невозможно – она давно слилась с выпирающим вперед животом. – Хотите возразить мне? Я с удовольствием вступлю в дискуссию о благе Убежища, но предупреждаю – все вами сказанное немедленно станет достоянием общественности.
– И все не сказанное тоже.
– А-а! – вскричал Якров, подскакивая на месте. – Вы обвиняете меня, Пыржика Якрова, в подтасовке фактов? – Тут он хитро взглянул на них обоих и, зажав кристалл в кулаке, шепотом спросил: – Это можно считать официальной позицией Управления, а? Моему юристу это очень понравится.
Дэлан помассировал веки. Его терпение подходило к концу. Нужно было избавиться от этого докучливого колобка, пока ему самому не понадобился юрист. К тому же определенно стоило свести к минимуму риск его общения с людьми Сетдера в части подозрительных тел и участия в этом деле Управления.
– Миро, проводи господина журналиста к выходу, а потом убедись, что его пропуск анулирован.
– С большим удовольствием, – ухмыльнулся Вольц и взял Якрова под руку.
– Ага! – Журналист удовлетворенно потер ручки, не пытаясь, впрочем, вырваться из захвата. – Значит, я оказался прав. И знаете, как я назову это в будущей статье? Инквизиторский произвол или попытка заткнуть рот честному журналисту! О-о, на этот раз я точно получу свою Пайдициновскую премию! Ведите же меня под белы рученьки, да на лютый мороз! – патетически взвыл он, норовя утащить за собой Вольца. – Слушайте, а можно надеть на меня наручники? Хочу, чтобы такой шикарный снимок оказался на первой полосе всех газет! Он наденет на меня браслеты, а вы нас щелкните! Ну что вам стоит, господин дэ Аншэри?
– Убери его отсюда. – Дэлан сжал пальцы, и на пол посыпались обломки камеры. Однако он и не надеялся, что уже сегодня снимки не окажутся в газетах под самыми отвратительными заголовками. Ведь камера наверняка была передающей и, значит, у Якрова уже есть копии. – Встретимся на месте, – сказал он Вольцу.
Тот коротко кивнул и потащил журналиста наверх.
На самом деле возьня Якрова для Управления не имела никакого значения, как и народное возмущение, которое она вызывала. Но если Якров брался за дело, он начинал путаться под ногами и совать нос куда не следует. Может, стоило намекнуть главврачу, чтобы выделили для него отдельные апартаменты? Заманчиво, но его мысли сами собой вернулись к приоритетной проблеме.
Итак, Ведьмина гора. Единственный в городе квартал со смешанным населением. Местечко не многим лучше Грязных Кварталов, живущее по собственным правилам. Из любимых, но не редких пороков проституция, наркотики, алкоголь. И как следствие то, без чего никак не обойтись простому работяге в конце тяжелого дня – мордобой и поножовщина. Чтобы захотеть жить в подобном месте, нужно либо иметь стальные нервы и крепкие замки, либо стать его частью. Кем бы ни оказались эти две высокообразованные особы, пока Дэлан думал только о худшем и не торопился надеяться на внезапную удачу. До сих пор неуловимый некромант не совершал ошибок, которые могли бы навести Инквизицию на его след, так следовало ли ждать этого теперь?