Арден сделал шаг, затем второй, постепенно ловя ритм движения. Сапоги хрустели по мелкой гранитной крошке. Этот хруст казался ему самой прекрасной музыкой на свете. С каждым метром шаги становились увереннее, тело послушно отзывалось на мысленные команды, убирая остатки зажатости. Он шел к цитадели, жадно впитывая глазами суровый пейзаж и наслаждаясь каждым движением суставов.
Впереди показались остатки массивных дубовых ворот Каэр Морхена. Одна створка давно рухнула внутрь, превратившись в труху, вторая же криво висела на одной кованой петле, перегораживая проход.
Арден подошел вплотную. Ощущение опасности, идущее из глубины заброшенного двора, заставило его замедлить шаг. Он протянул руку, собираясь осторожно толкнуть массивный щит ворот, и его пальцы замерли в паре сантиметров от старого, почерневшего от времени дерева. Вся поверхность дубовой доски была изуродована глубокими, рваными бороздами. Пять параллельных полос, уходящих глубоко в древесину, словно ворота пытались вскрыть когти какого-то гигантского, невероятно сильного существа. Запах гари от этих борозд ощущался так отчетливо, будто их оставили только вчера.
Арден опустил ладонь на изуродованное дерево. Текстура дуба была сухой и волокнистой, под пальцами крошились старые щепки, но внутри самих борозд древесина казалась неестественно гладкой, словно сплавленной колоссальной температурой. Он пригнулся, изучая глубину сколов. Каждая борозда уходила в толщу доски почти на ладонь. Человек не способен на такое, даже с тяжелым топором. Это были когти. Причем тварь, оставившая их, не просто царапалась — она пыталась выломать ворота одним ударом.
Самое паршивое — запах. Горький, удушливый аромат застарелой гари смешивался с едва уловимым, сладковатым привкусом гниения. Так пахнет залежалая падаль. Арден цинично усмехнулся про себя: разработчики «Эпохи Руин» не пожалели мощностей на симуляцию запахов. Реализм бил по рецепторам наотмашь, заставляя внутренности сжиматься от инстинктивного, первобытного страха.
Это не было декорацией пятидесятилетней давности. Следы выглядели пугающе свежими.
За стенами замка было небезопасно. Арден медленно завел руку за правое плечо и потянул рукоять ученического меча. Оружие вышло из ножен с негромким металлическим шелестом. Баланс у клинка оказался скверным, центр тяжести сильно смещен к острию, а зазубрины на лезвии говорили о том, что сталь уже встречалась с чем-то твердым. Но металл был тяжелым. Плотная рукоять, обтянутая потертой кожей, привычно легла в ладонь, и это принесло крупицу уверенности. В конце концов, в этой жизни у него хотя бы были руки, способные держать оружие, и ноги, готовые маневрировать.
В этот момент периферийное зрение резанула короткая вспышка. Интерфейс перед глазами несколько раз моргнул тревожным янтарным цветом, разворачивая строгое системное окно.
[ВНИМАНИЕ]
Обнаружена заброшенная цитадель: Каэр
Морхен.
[ДОСТУПНО ЗАДАНИЕ]: «Очаг в руинах»
Тип: Сюжетное (Региональное)Сложность: НачальнаяЦель: Проникнуть во внутренний двор и найти безопасное место для ночлега.Награда: +50 ХР, открытие карты локации
«Синие Горы: Окрестности цитадели».
Арден смахнул уведомление коротким движением глаз. Пятьдесят единиц опыта на дороге не валяются, да и торчать у ворот под открытым небом, собирая спиной горный ветер, глупо.
Он уперся свободным плечом в перекошенную створку ворот. Металлическая петля, изъеденная ржавчиной, отозвалась протяжным, оглушительным скрипом, который тяжелым эхом покатился по ущелью. Арден замер, проклиная отсутствие смазки в этом мире, но вокруг ничего не изменилось — лишь ветер продолжал гнать клочья серого тумана через проем.
Проскользнув в образовавшуюся щель, он оказался во внутреннем дворе.
Разруха здесь была абсолютной. Некогда мощенная гранитными плитами площадь превратилась в мешанину из обломков камня, колотого кирпича и сухой, жесткой поросли бурьяна, пробившейся сквозь стыки. Чуть левее лежала груда костей. Арден присмотрелся: человеческий череп со сквозным проломом в затылке и раздробленные ребра какого-то крупного четвероногого существа. Всё это давно превратилось в серый, крошащийся прах, наполовину погребенный под слоем наносной земли. Пространство давило своей монументальной заброшенностью. Тишина здесь не просто стояла — она звенела, забивая уши и заставляя ловить каждый шорох.