После её откровений, в сознании появилось смутное описание, захвата сознания человека потусторонней сущностью. Именно из-за возможности такого захвата, ликвидаторы обязательно носят ОЗК, контактируя со всеми видами аномалий. Простая прорезиненная ткань отлично экранирует и не позволяет сущности проникнуть в тело.
Инструктор из школы милиции рассказывал, что обычного прижывальца можно выгнать из сознания с помощью высокочастотных электромагнитных импульсов. Однако иногда это сделать не получалось и получившийся опасный симбиоз приходилось изолировать от общества, дабы не позволять подпитываться чужой энергией. Однако и это не всегда помогает.
Неожиданно изломанная тварь перестала ходить и расставив руки, принялась заливисто смеяться, практически так же как она это делала в первую нашу встречу. Я понял, что сейчас что-то произойдет и невольно напрягся, ожидая самого плохого.
И едва я это сделал, меня буквально вышвырнули из собственной тени, совсем в иное место. Причём теперь я материализовался в своей призрачной ипостаси, имеющей сходство с вполне нормальным телом. В точно таком же я находился, когда проник за границу пентаграммы начертанный на ковре в злополучной аномальной квартире.
Инстинктивно посмотрев вверх, я действительно увидел ту самую пентаграмму, но теперь вычерченную кровью на облупившейся потолке. Все её линии, едва заметно святились и каким-то образом отбрасывали ажурную тень на пол, покрытый вздувшимися остатками паркета и строительным мусором.
Посмотрев по сторонам, я определил, что нахожусь на верхнем этаже ветхого, некогда жилого, многоквартирного дома. Всё стены были кем-то снесены, а потолок теперь поддерживали только несущие колонны, да кирпичные дымоходы каминов.
Кроме призрачного света пентаграммы, этаж освещали отблески городского освещения, проникающее через, оставшиеся без стекла, оконные проёмы.
И как только я материализовался, стоявшая в метре от границы пентаграммы девица прекратила безумно хохотать и принялась быстро начитывать какую-то тарабарщину. Поначалу я не понял зачем она это делает, но потом увидел, как на её расставленных в стороны руках, начинают расти немного изогнутые когти, больше похожие на боевые клинки.
Поняв, что ночь становится томной, я попытался отступить, но сделав всего десяток шагов назад, упёрся спиной в невидимую стену, обозначающую границы, отражённой пентаграммы. Деваться было некуда, так что я продолжая судорожно соображать, начал готовиться к неминуемой схватке.
Снова сжав кулаки, я почувствовал, как, не взирая ни на что, в призрачное тело, тонкой струйкой потекла сила. При этом я явственно ощущал затылком, горячее дыхание Рыжей, скорее всего находящейся на другом краю города.
— Как тебе моя ловушка? — поинтересовалась отрастившая клинки, безобразная тварь.
— Смотри сама в неё не попадись — вырвалось у меня и в поисках решения проблемы я снова осмотрелся.
— А сейчас я буду рвать твою мерзкую сдвоенную душонку — предупредила закончившая отращивать когти тварь, в тот же миг превратилась в серо-белый росчерк, пронёсшийся по дуге, вдоль границы пентаграммы.
В последний момент я успел инстинктивно дёрнуться, и тут же почувствовал, как острые клинки прошли сквозь тело, окатив его волной боли. Отскочив внутрь пентаграммы, я получил ещё несколько скользящих порезов спины и скрепя зубами простонал от нестерпимой боли, будто рвущей само моё естество.
Посмотрев на раны, я увидел рассечённую призрачную плоть, края которой тлели и искрили. А в следующий миг до ушей донёсся шёпот Рыжей и боль начала утихать. Между тем тварь сатанински засмеялась и принялась с невообразимой скоростью метаться по кругу, будто в поисках лазейки ведущий внутрь пентаграммы. А потом я увидел, как она, материализовавшись в трёх метрах от меня и максимально вытянувшись на одной ноге, попыталась меня достать веером клинков.
В результате я получил ещё пару неслабых порезов и вскочив на ноги, принялся увёртываться от всё новых и новых атак. Я старался держаться в центре, но тварь перемещалась так стремительно, что я никак не мог избежать новых тлеющих порезов, появляющихся на моей призрачной оболочке.