Однако существовала вероятность что моё появление внесёт в их судьбы определённые коррективы.
Кое кого не обнаружив, я ещё раз осмотрел толпу и убедился, что в фойе отсутствуют все претенденты на поступление в высшую школу КГБ. А кроме этого тут не было Севы.
— Не, ну что там так долго! — возмущённо воскликнул стоявший поодаль Вадик Орлов, который в будущем станет замом одного из Московских префектов. Затем погорит на взятках и откатах. Избежать наказание помогут влиятельные друзья.
— Да там всё ещё пытают наших претендентов. Их вон сколько, а козырных мест всего два — объяснил кто-то сведущий, из толпы.
— Зачем вообще нужна эта кутерьма с распределениями— возмутился Вадик. — Ведь всем итак ясно, из какого ГУВД или РУВД тебя направили учиться, туда назад и отправят.
— Ну не скажи — возразил кто-то кого я плохо видел и поднял бумажку над головой. — Меня, например, направили в кавалерийский дивизион, вместо того чтобы отослать обратно в Луганск.
И как только неизвестный это озвучил, я сразу опознал в нём Вову Севера. С которым мы не раз пересекались по службе и даже помогали друг-другу.
— Тебя то конечно, хвосты коням крутить, ты ж у нас из бывших казачков.
— Не, бывших казаков не бывает — ответил Север и запрятал бумагу.
Весь этот балаган мог продолжаться ещё долго, но тут двери, ведущие в предбанник актового зала, распахнулись и в фойе все замолчали.
А затем я увидел выходящих оттуда претендентов, первыми из которых шли Дипломат и Антоша. И как только они появились Дипломат победно воздел руки вверх. Антоша тоже скромно махнул. Это означало что у них, как и в прошлый раз всё получилось.
— Ну ничего, мы ещё посмотрим, как у вас всё это пойдёт дальше и к чему приведёт — процедил я сквозь зубы и зло оскалился, отлично понимая, что на этот раз, я всё это дерьмо просто так не проглочу.
Глава 16
Дисциплинарная комиссия
За построением выпускников я наблюдал из-за колонны. На залётчика никто не обращал внимание и меня это вполне устраивало. Последние, напутственные речи отзвучали, и молодые лейтенанты устроили салют из мелких монеток, после чего начали стремительно очищать вестибюль.
В результате внутри остался один Сева. Стоя у входа в актовый зал, он словно заблудившийся щенок, переминаясь с ноги на ногу, наблюдал за выходом из корпуса, и явно ждал меня.
— Что стоим? Кого ждём? — поинтересовался я, подойдя сзади.
— Успел! — воскликнул Сева, а затем облегчённо выдохнул. — А то я уж думал, что тебя не отпустили.
— Да куда они денутся, я уже давно здесь. И кстати посмотри, как, мне идёт этот мешок картофеля вместо кителя? — спросил я и принялся в очередной раз поправлять сползающий погон.
— Ну извини, на вещевом складе меня послали. Сказали всё выдадут по новому месту службы. Так что другого не нашёл. Отдал бы свой, но ты в нём утонешь.
— Ты готов? — спросил я, закрывая тему.
— Не знаю. Что-то мандраж по ногам лупит. Я было туда сунулся, хотел кое-что разузнать, но меня сразу выгнали. Сказали, вызовут. Но дядьки там сидят дуже серьёзные. Боюсь Гена хана нам — констатировал явно поникший Сева.
Дальше он стоял, опустив взгляд в пол, словно провинившийся школьник, а я гонял нехорошие мысли.
Получалось что в прошлой жизни он именно из-за моего залёта не уехал на Урал, откуда его послали учиться. А оставшись здесь, он погиб, хоть и косвенно, но тоже по моей вине.
В тот момент, когда нас вызвали, я перебирал в голове варианты, позволившие бы ему, останься в живых и самым простым, как казалось, был вариант где Севу, с позором увольняют из органов.
В совершенно пустом актовом зале, прямо на сцене, под плакатом «УЧИТЬСЯ, УЧИТЬСЯ И ЕЩЁ РАЗ УЧИТЬСЯ!», стоял длинный стол, накрытый красным сукном. И за этим столом уже устроилась дюжина членов дисциплинарной комиссии. Как оказалось, большинство из них я помнил.
Председателем был снова комитетчик, насколько я понял из воспоминаний молодого двойника, бывший главой и на комиссии по отбору в институт КГБ. Рядом сидел декан спец факультета. Чуть дальше серьёзный гражданин из ЦК КПСС, козыряющий значком ленинской премии. Любопытный учёный, азиатской внешности, которого председатель называл профессором, тоже присутствовал и опять сидел с краю. Остальные в прошлый раз почти молчали, но лица я помнил. Неизвестными мне были два майора из МВД и некий молодой гражданин в костюме с отливом, судя по комсомольскому значку и блестящим глазам, являющийся неким комсомольским функционером.