— Слепая зона, — послышался голос АЛа, — пора.
Мягким кошачьим движением распластанный по обшивке мобильный доспех поднялся на ноги, слегка согнул колени — и наконец прыгнул. Я не стал включать прыжковые двигатели — их могли засечь. Хватило простого толчка, чтобы отделиться от яхты, нос которой уже пересёк линию створа, пролететь выше курсовых огней и опуститься на покрытие корпуса базы.
Огромные подошвы ступней глухо лязгнули о композитные плиты.
В наушниках забормотали мужские голоса: АЛ выделил мне канал, на который пошёл перехват переговоров террористов. Я прислушался.
— Яхта села. Птичка в клетке.
— Берём?
— Жить надоело?
— Это ж яхта!
— Которая возит богатеньких. Не подумал, почему с ней конвоя нет?
— И почему же?
— Потому что она сама себе конвой.
— Хорош трепаться. К яхте не подходить. Держать под прицелом. Попытается уйти — подбить. Но так, чтобы не пострадали заложники.
Недовольное ворчание.
Ага. Значит, нацелились не только на Снежану. И с дисциплиной у них не очень… Не похоже на наёмников, которых подрядили умыкнуть принцессу. Значит, действительно пираты, которые тупо хотят денег. Это было и хорошо, и плохо.
Хорошо — с вооружением и боевыми навыками у них наверняка обстоит хуже, чем у профи. Плохо — с теми же профи бывает можно договориться. Они не станут делать того, за что им не заплатили. А вот что придёт в голову этим отбросам, даже они сами не смогут предугадать.
Прислушиваясь к голосам, я быстро двигался в направлении ближайшего погрузочного узла. Насколько я успел разобраться, эта система предназначалась для транспортников, которые были слишком велики, чтобы заходить в ангар на погрузку. Корпус судна двигался по направляющим над шахтой, открывался грузовой люк, в него подавалась партия груза, люк закрывался…
Сейчас как раз такой транспортник маячил впереди. Захват базы случился в процессе погрузки, и в ангаре все работы были остановлены. Но автоматика продолжала работать. Побег на таком судне был невозможен — он управлялся компьютером, на нём не было СЖО, видимо, поэтому пираты не стали заморачиваться с полной остановкой погрузки. А может, ещё не добрались туда?
У меня на глазах транспортник заскользил по направляющим, покидая базу. Я прибавил ходу и успел в последний момент, когда створ шахты уже закрывался. «Палач» рыбкой влетел в серповидную щель и ухнул вниз, догоняя уходящую в недра базы капсулу-вагонетку.
В ангаре было грязно и шумно. Захватчики не церемонились, когда ворвались на базу. Несколько вагонеток были опрокинуты, груз рассыпался по полу. Стоя на опущенной аппарели, Снежана окинула взглядом этот разгром и нахмурилась. Потом, вернув на лицо ничего не выражающую маску, начала спускаться навстречу вооружённым людям, окружившим её яхту.
Ей было нужно отвлечь на себя внимание, пока Юлий пробирается на базу. И ей это, похоже, удалось…
— Ух ты, какая красотка пожаловала! — встретил её возглас.
Снежана остановилась внизу, подождала, пока за ней поднимется аппарель. Оглядела встречающих.
— Кто здесь главный? — холодно прозвучал её голос.
Если пираты рассчитывали увидеть испуганную молоденькую девушку, они жестоко просчитались. Госпожа прибыла в свои законные владения. И это их задело.
— Эй, ты норов-то поумерь, — цыкнул кто-то на неё. — А то папочка может тебя и по частям получить, знаешь ли.
Дочь Старого Медведя смерила его ничего не выражающим взглядом.
— Любому, кто тронет меня хоть пальцем, подадут на завтрак печень его детей, — ровно проговорила она.
— Так у меня нет детей, — задира слегка опешил, но не отступил.
— Значит, появятся, — бросила ему Снежана. — И ждать их появления тебе придётся в пыточной моего отца. Уверена, он найдёт чем тебя развлечь.
Видимо, у этого джентльмена удачи оказалось богатое воображение. Он слегка попятился, пробормотав себе под нос что-то вроде: «Все эти аристо — грёбаные извращенцы…»
Довольная произведённым эффектом Снежана направилась к единственному месту, где могли разместиться и пираты, и их заложники: к конференц-залу.
Признаться, я чуть не поперхнулся, когда услышал этот разговор. В таком амплуа я свою невесту ещё не видел: она — Медведева, а все остальные значат меньше, чем грязь у неё под ногами. Сколько ещё сюрпризов у неё заготовлено?
От размышлений меня отвлёк возглас: