— Что у тебя такое, что потребовалось отвлекать меня от дел?
— На корабле посторонние, — сообщил ИИ.
— Это новость, — равнодушие и лёгкий оттенок раздражения. — Сообщи об этом Исполнителю.
— Ты же знаешь, что он… пока отсутствует.
— Сообщи ему об этом, когда он очнётся, — ощущение лёгкого пожатия плечами.
— Вы могли бы остановить захватчиков, — предложение, сделанное с оттенком великодушия. — Когда Прима проснётся, он будет вами доволен.
— Что они из себя представляют? — слабый проблеск интереса.
Да, расположением Исполнителя не разбрасываются, даже если ты — глава Пантеона.
— Горстка людишек, возомнивших о себе слишком много, — пренебрежение и высокомерие.
— Не интересует, — равнодушие.
Свою ошибку ИИ осознал слишком поздно. Не стоило подавать Пантеону эту идею в таком ключе. Они слишком сильны, чтобы размениваться на мелочи. Оставалось постараться исправить ошибку и не сделать новую.
— Но вы могли бы заработать репутацию в глазах Исполнителя.
— Тем, что раздавили горсть насекомых? Не смешно. С ними справятся в Серпентарии или Зонтике, обратись к ним.
— Они прошли Серпентарий и даже Зазеркалье.
Слабый проблеск интереса.
— Простые людишки?
— Не совсем, — вынужденное признание. — Они имеют симбионтов. И один из них в ранге Примы.
— С Примой пусть разбирается Прима, — равнодушие.
— Разве не соблазнительно помериться силами с Примой? — осторожный заброс наживки. — Уверен, вы с этим справитесь.
— Даже если так — зачем нам тратить на него время и силы? — уклонение.
В ход пошёл последний козырь.
— Например, затем, что носителем Примы является Рюрик.
Зевс медленно, смакуя, повторил знакомое имя:
— Рюрик?..
Глава 14
Я в режиме «Сплава» пританцовывающей походкой шёл по коридору. Не то чтобы мне вздумалось развлекать группу танцами, но немного дёрганый ритм шагов позволял мне эффективнее справляться с боевой задачей.
Шаг. Из открывшегося в полу люка поднялась плазменная турель. Восприятие, разогнанное режимом слияния, ускорилось настолько, что я успел не только заметить момент развёртывания, но и среагировать быстрее, чем она откроет огонь. Я быстро уклонился от заряда и выстрелил в ответ.
Система играла со мной не то в кошки-мышки, не то в шашки — турель убралась обратно до того, как ответный выстрел плазмой превратил её в груду искрящегося металлолома. Этот ход остался за обороной: турель была цела, невредима и готова к новому появлению из люка.
Ещё несколько шагов. Ловушка снова сработала, на этот раз появился ствол огнемёта. Враг учёл мою реакцию, позволяющую мне уворачиваться от выстрелов, и предпочёл бить по площади. Ощущать, как броня превращается в ксеноса-гриль, я не захотел и рванулся вперёд, стреляя на ходу. На этот раз система не успела отработать цепочку «Прекратить огонь — убраться обратно в ячейку», и заряд поразил цель. Очко в мою пользу, эта турель своё отстреляла и больше вести огонь не будет. Этот участок коридора был наконец пройден.
Остальная группа отсиживалась в тоннеле, в полной безопасности, и помочь мне могла только моральной поддержкой. Я был единственным, кто располагал комбинацией «скорость-броня-реакция-огневая мощь», позволяющей пройти эту полосу препятствий без ощутимых потерь. Остальные не смогли бы справиться с турелью и погибли бы или были серьёзно ранены. Более чем достаточно было того, что ранение получил Тень.
Шаг — и сразу рывок назад. Коридор передо мной заполнила лазерная решётка. Тот, кто устроил эту ловушку, недоработал — ему стоило настроить включение лазеров на момент, когда потенциальная жертва зайдёт как можно глубже в зону действия решётки, и тогда включать её — в итоге гарантированная смерть. А она сработала, стоило мне ступить за невидимую черту, за которой засверкали смертоносные лучи. Выяснять, что боевой лазер сделает с моим скафандром, я не хотел. К счастью, у меня под рукой была группа.
— Все ко мне, — скомандовал я.
— Да уж, — высказалась Синтия, оценив плотность лазерной решётки. — Муха, может, и пролетит, но мы точно нет.
— Даже Тень не пройдёт, — поддержал Локман.
— И моя вторая форма бесполезна, нарежут кубиками и поджарят, — посетовал доктор Килл.