Афродита использовала возможности своего симбионта, чтобы создать неповторимую ауру обольщения. Ей досталось тело одной из первых дочерей Герега, ещё очень далёкое от рафинированной женственности, отточенной поколениями, но и этого было достаточно, чтобы от одного взгляда на неё у любого мужчины начинало часто биться сердце и пересыхало во рту. Возможности её стангера подчёркивали и усиливали производимое Афродитой впечатление, чем она без малейшего смущения пользовалась. Секс она любила во всех его проявлениях и была самой ненасытной из любовниц мужской части Пантеона.
Деметра делала упор на мудрость. Она была самой рассудительной и спокойной из всех, но по части постельных утех могла, пожалуй, поспорить даже с Афродитой. Преображение из женщины, смотрящей на всех с почти материнской заботой, в жаждущую любви куртизанку производило неотразимое впечатление, и Зевс чаще всего звал к себе на ложе именно её, что вызывало ревность у Афродиты. Но её было кому утешить, и вражды между красавицами не случалось.
Артемида, в отличие от них, к любовным утехам была равнодушна. Её пленяло оружие, во всех видах и формах, но предпочтение она отдавала стрелковому оружию. Собранная по всем доступным арсеналам коллекция винтовок и карабинов занимала целых несколько помещений на Олимпе, и Артемида постоянно находилась в поиске новых экспонатов. Всё свободное время она проводила или в тире, или в симуляторе снайперской стрельбы, или ухаживая за своими любимыми винтовками.
Сегодня одним экземпляром в коллекции стало меньше, и за это людишки обязательно заплатят!
— Как там наши гости? — спросил Зевс.
— Я сниму с этой фальшивки кожу и сожру её стангера! — яростно прошипела Артемида, глаз которой закрывала свежая повязка.
— У неё нет симбионта, — заметила Афродита.
— Тем забавнее тот факт, что тебя переиграл обычный человек, — насмешливо улыбнулся Арес.
— Акела промахнулся, — подпустил шпильку Гермес.
— Тем лучше, — шипение стало ещё более яростным. — Её тело послужит отличной заменой!
— Спокойнее, Артемида, — осадил её Зевс. — Ты ещё успеешь поохотиться. Но не раньше, чем я смогу распробовать сладость тел наших гостий.
— Как скажешь, владыка, — тут же уступила охотница.
— Кто за то, чтобы ещё немного поиграть с нашими гостями? — спросил Зевс.
Поднялись три руки.
— Артемида, Арес, Гермес, — перечислил Зевс. — Кто за приглашение и беседу?
Поднялись тоже три руки.
— Афродита, Деметра, Аполлон… Что ж, я решил. Пока Прима вне доступа, у нас появляется шанс отлично поразвлечься.
Глава 15
Несколько минут у нас ушло на то, чтобы переварить приглашение. Не каждый день на корабле, полном инопланетных монстров, получаешь такие удивительные предложения. Олимп, Пантеон — это чисто человеческие понятия, пусть и относящиеся к глубокой древности. Откуда они здесь?
— Кто это — Пантеон? — спросил я, и посланник рассыпался в похвалах:
— Как, вы не слышали о величайших стангерах этого корабля⁈ О, это великий всемогущий Зевс-Громовержец и его верные младшие братья и сёстры — выдающийся воитель Арес, пленяющая красотой Афродита, не знающая промахов Артемида, сильнейший из сильных Аполлон, любимый всеми Гермес и мудрейшая из мудрых Деметра! Они проводят свои дни в роскоши и удовольствиях, недоступных простым смертным, и правят Олимпом справедливо и мудро…
Я покачал головой. Ведьмы переглянулись — они ничего и никого не чувствовали. Но и снайпера за той дверью они не заметили… Что было очень и очень странно.
— Гостям Пантеона гарантируется безопасность, если они будут соблюдать правила, — продолжал вещать посланник.
— Ладно, — решил я. — Веди.
Я ожидал, что нас проводят к лифту, но посланник свернул в один из тоннелей, выводящих к лифтовой шахте, и устремился вперёд со скоростью, которая отметала всякие опасения из-за возможных ловушек — так по опасным коридорам не ходят.
— А что это за правила, которые нужно соблюдать? — спросила Синтия, подстраиваясь под быстрый шаг посланника.
— Нельзя вести себя непочтительно с богами, — с придыханием ответил тот, и мы снова переглянулись на ходу.