— Где будем охотиться? — спросила Синтия.
— Есть тут одно место, подходящее для охоты, — Артемида назвала координаты. — Устроит?
Синтия сверилась с картой на парсере, увидела лабиринт из технических помещений, коридоров, шлюза и мусоросборника, и удовлетворённо кивнула:
— Вполне.
— Тогда идём. В зону два входа, справа и слева, выбирай любой. Я могу позволить себе быть щедрой.
— Пусть будет правый, — выбрала Синтия.
— Тебе в этот коридор, — Артемида указала на один из проходов, открывавшихся за её оружейной. — И не слишком медли, чем быстрее закончим с этим, тем скорее я получу твоё тело.
Синтия хотела было напомнить про шкуру неубитого медведя, но поняла, что это бесполезно — её соперница была непоколебимо уверена в своём превосходстве. Что ж, тем хуже для неё.
До двери в техническую зону она добралась достаточно быстро. Проход открылся, впуская её на территорию охоты, Синтия вошла и остановилась, прислушиваясь. Она не знала, какой длины коридор вёл к левому входу. Вполне могло быть, что Артемида уже внутри. И наверняка она прекрасно ориентируется в зоне. Синтия явно была не первой, кто оказался в роли дичи.
Вот только дичь на этот раз была не совсем обычной. Вряд ли раньше Артемиде попадались специальные агенты Департамента…
Синтия сверилась с картой и медленно начала продвижение вперёд, держа пистолет наизготовку. Ей нужно было очень точно всё просчитать, чтобы осуществить свой план.
Блуждать по лабиринту зоны ей пришлось довольно долго. Наконец за одним из поворотов она заметила движение и тут же отпрянула обратно. Грохнул выстрел, пуля срикошетила о стену коридора и со звоном покатилась по полу. Синтия быстро перебежала назад, за развилку коридоров, и взяла на прицел проход, из которого только что вернулась.
Спустя несколько секунд в проёме коридора показалась голова выглянувшей Артемиды. Синтия нажала спуск, но промахнулась. «Богиня» исчезла и больше не показывалась. Синтия взглянула на карту. Наверняка Артемида пошла в обход, чтобы зайти сзади. В эту игру можно играть вдвоём…
Она побежала туда, откуда только что пришла, выглянула в коридор — пусто. пробежала дальше, до следующей развилки, и засела там, чтобы подловить Артемиду, когда та будет искать свою пропавшую добычу. Ждать пришлось несколько минут, прежде чем Артемида появилась — но не с той стороны, откуда её ждала Синтия. Она обнаружила, что жертва ускользнула, и ей хватило осторожности вернуться назад по своему же маршруту вместо того, чтобы догонять беглянку.
Прогремел выстрел, за ним второй. Синтия ощутила тупой удар в плечо, выстрелила не целясь, чтобы отпугнуть охотницу, и бросилась бежать по коридору, держа на внутренней поверхности шлема карту, чтобы не пропустить нужный поворот. И нужно было сделать кое-что ещё, пока Артемида не видела её…
Артемида дрожала от возбуждения. Что бы понимали её сёстры по Пантеону в настоящих наслаждениях? Секс? Какая скука… Бессмысленные телодвижения, в конце приятно, правда, но не настолько, чтобы делать из этого смысл жизни. Ни в какое сравнение не идёт с охотой на разумную дичь! Вот это чувство, когда добыча, уже раненая, уже ощутившая свою беспомощность, свою обречённость, бежит, пугливо оглядываясь назад, когда и ты, и она знаете, что конец близко, что совсем скоро охотница настигнет свою жертву — его ни с чем нельзя сравнить. Только от него так бешено бьётся сердце и пересыхает во рту, только от него по жилам быстрее бежит кровь, только оно так пьянит и кружит голову…
Она знала, что пулевое ранение вызывает кровотечение, заставляющее жертву медленно слабеть, пока охотник идёт по кровавому следу… Вот как сейчас.
Артемида облизала губы, увидев на стене кровавый отпечаток ладони и цепочку тёмных капель на полу. Охотничий азарт захлестнул её с головой, она уже не осторожничала, она бежала по следу, только на поворотах притормаживая, чтобы сориентироваться, куда бежать дальше. Добыча была ещё сильна, она держалась вне пределов прямой видимости, но скоро начнёт слабеть, и тогда Артемида…
Она ещё не решила, что сделает со своей жертвой. Было бы так сладко сменить тело, чтобы подарить его владыке Зевсу, но жертва ранена, её совершенство уже утрачено. Тело стало недостойно «богини». Решено, испортившая её оболочку жалкая смертная умрёт — и будет умирать долго и мучительно. Только такая смерть утолит её жажду мести.
В пылу преследования она не заметила, как вбежала в мусоросборник — и поняла, что погоня завершена. Отсюда было некуда деваться, выход тут был только один.