«Москит», на хвосте которого зависли пришельцы, которых он никак не мог скинуть, уже готовился подороже продать свою жизнь, когда преследователи просто исчезли, сбитые одним из дроидов Легионов.
Десантный бот, заходящий на посадку в ангар уже почти обескровленного крейсера, получил заряд плазмы, вскипятивший внутри него отряд «богомолов», разбился при приземлении и наглухо заблокировал противнику доступ в ангар.
Один из крейсеров оказался захвачен, по его коридорам сновали биосолдаты, выискивая уцелевших защитников. Капитан блокировал орудийные отсеки и капитанский мостик, и крейсер вёл огонь, пока «богомолы» не смогли вскрыть запечатанные отсеки. Тогда капитан активировал протокол самоуничтожения и направил крейсер в гущу вражеского флота. Несколько кораблей противника оказались повреждены столкновением, не успев уклониться от самоубийственного манёвра, а потом взрыв разметал обломки крейсера, забравшего с собой ещё нескольких врагов.
Остальным удалось отстоять свои корабли. Команды защитников приступили к расчистке палуб ангаров, подтаскивая тела «богомолов» к краю створа ангара и сталкивая их в открытый космос.
Капитана взорванного крейсера подхватил один из дроидов Легионов, вынес из гущи сражения, оставил в ангаре одного из крейсеров и умчался дальше отражать атаки стангеров. Легион сражался за человечество, выполняя клятву Кассиана Комарова — стать щитом, о который разобьётся волна вторжения.
Пока шло это сражение, часть флота Департамента в обход направилась к противоположной стороне «Ковчега». Эти корабли несли на себе десант — «спартанцев», подчинённых Ковену. Пока всё внимание Примы было приковано к сражению, они, никем не замеченные, высадились в ангарах «Ковчега» и начали зачистку коридоров от мутантов и одержимых.
Продвигаясь медленно, но верно, «спартанцы» оставляли после себя только трупы — и пока среди тел не встречались человеческие.
Основное сражение развернулось возле крейсера с рельсотроном. Как ни старались корабли флота Департамента прикрыть подступы к нему, десантные катера добрались и до него. И пока защитники отражали атаки десанта, вокруг крейсера роились два москитных флота. Ксеносы стремились подбить крейсер, люди — не дать им это сделать.
Ведьмы сосредоточились на том, чтобы усилить свой флот и ослабить противника. Люди чувствовали воодушевление, действовали чётко и верно, ксеносы — ошибались, медлили с принятием решений, были угнетены. Их гнал вперёд только приказ Примы, не будь его — они бы уже развернулись и вернулись обратно на «Ковчег», где чувствовали себя в безопасности.
Группа Ведьмака затаив дыхание следила за ходом сражения, пока с ними не вышли на связь.
— Говорит «Шторм», — раздался на канале группы голос Лорда. — Сейчас, пока все заняты нами, вы можете безопасно покинуть «Ковчег». Подарок активирован?
— Активирован, — ответил доктор Килл. — Но мы ждём командира.
— Неизвестно, сможет ли он победить, — в голосе Одина слышалось сомнение. — В случае его поражения мы подорвём бомбу дистанционно, вам лучше покинуть борт до того, как это станет неизбежным.
— Мы остаёмся, — решительно ответила Синтия, специальный агент Департамента. — Мы верим в Рюрика.
Прима победил. Стангеры поглотили человечество, и я стал во главе всего вида. Моя воля была волей всей сети коллективного разума. Старейший, которого вытащили из его логова и бросили к моим ногам, сам, без всякого Приказа, преклонил передо мной колени. Ему хватило моей ауры, чтобы сдаться на милость победителя.
Знания десятков поглощённых разумных видов хранились в коллективной памяти стангеров. Опираясь на неё, мы начали готовить новую экспансию.
— И что потом? — спросил я.
Коллективное сознание показало мне сеть, которая одну за другой накрывает звёзды, пока вся галактика не оказывается во власти стангеров.
— И что потом? — повторил я.
Замешательство, колебание. Новая экспансия ради самой экспансии — сеть перебрасывается на соседнюю галактику. Я увидел себя на троне Примы-Императора, повелителя целой галактики, окружённого пышностью и блеском, которые невозможно было описать. Звёздные системы изощрялись, стремясь превзойти друг друга в попытках произвести на меня впечатление.