Что тут скажешь? Человеку ли, у богини милости просить…
- Молчишь? – Ещё шире улыбнулась светлая. - Знаю, что мало в тебе сил сейчас. Нещадно потратился. Ну, ничего, ничего. Я тебе подарочек приготовила, а какой – позже поймёшь. Сейчас же, вот – выпей нектар из моей чаши, - и протянула подношение.
Ведьмак принял с поклоном, поднёс к губам ароматное зелье. Рот обожгла лютая горечь, будто не нектар, а желчь.
- Ой, да не хмурься! – засмеялась Макошь. – Не всякий божественный мёд сладок. Потерпишь, коли жизнь дорога…
Видан глотал густую жидкость, будто расплавленный живой свинец пил. И чувствовал, как расползается это непонятное нечто, впитываясь в каждую пору, каждую мышцу, каждую частицу плоти. Казалось, что напиток никогда не кончится. А что за сим последует – и того непонятнее. Будто время остановилось совсем.
- Вот и умница, - ласково похвалила ведьмака богиня, отбирая из дрожащих пальцев кубок. – А теперь милости прошу за стол! И отведай моих угощений. Да не жмись и не тушуйся. Тебе следует набраться сил.
Как Видан оказался за столом на одной лавке с Кощеем, он и сам не понял. А уж перед ним и полная миса всяческих яств. Стал есть медленно, размеренно, ожидая какого-нибудь подвоха. Любят божества над людьми шутки шутить, мало ли, что затеяли.
Правда, всё оказалось на диво вкусно, совсем не тот нектар, что из кубка. Да только не одолеть ему всех угощений – глазами видно. А Макошь напротив уселась и подбадривает – ешь и ешь! Но куда? И вот чудо – руки, будто ни его стали – приказов не слушаются, сами к блюдам тянутся, да в рот кладут. Так пока до последней крошки не умял, над ним и не сжалились. Наверное, колобком из-за стола покатится!
- Вот и ладно! – провозгласила хозяйка. И скатерть, подёрнувшись туманной дымкой, очистилась, засияв золотистыми рунами. – А теперь и к серьёзному разговору перейдём.
Макошь поднялась, прошествовала туда-сюда по горнице, насупившись. Только прялка рассеивала тишину своим шелестом, да поскрипыванием прежней песни. И Морена сидела каменным истуканом, только пальцы размеренно двигались.
- Неровно идёт нить… - пожаловалась рассеянно. – Тяжело свет с тьмой сплести. Не бывает проблесков в сумерках…
- Только кому, кроме тебя, это сделать? – остановилась напротив неё хозяйка.
- Мешают…
- Кто? – изумился ведьмак, впервые подав голос.
На него посмотрели, как на неразумного младенца.
- Те, - ответил Кощей, - кто должен служить Богам верой и правой. Волхвы, конечно. Старцы совсем из ума выжили. Власти полной захотели. Чудят. Пророчества меняют. И ладно бы на пользу миру… - И взглянул на сосредоточенную матушку и требовательно на хозяйку, перевёл глаза на ведьмака, - ты-то знаешь, Видан!
Наверное, разговор бы, так и продолжился ни шатко, ни валко, размеренно и неспешно, только внезапно за окошками полыхнуло, и по пространству прошла дрожь.
- Всё тёмные, Совет свой распускаем, - выдохнула Макошь расстроено. – Пора вам по домам. Супруг мой светоносный и так последнее время злее твоего многоголового пса, Кощеюшка, ходит. Предупредил его Род, что коли людскую подлость не обуздает, то он всех Богов сошлёт куда подальше. Надоело ему безобразие…
- Ну что же, - поднялась Морена, - охотно тебе верю. То-то Чернобог не в себе после того, как от отца вернулся. Только меня он поберёг – ничего объяснять не стал, всё в себе держит, да подчинённых пуще гоняет… Глянь-ка, что выходит, хоть одним глазком. Пойдёт?
- Ну, хоть так… - покачала головой хозяйка. – Может, что-нибудь и получится.
И столько сомнения было в её голосе. Совсем непривычно для божества.
- Пойдём, ведьмак, - подхватил его под руку Кощей, распахивая дверь в кромешную темноту, - по дороге тебе все указания дам…»
Видан проснулся от глухого волчьего рычания. У самой кромки воды колыхалась странная тень…
Глава 5
Чёрная фигура на фоне едва светлеющего предрассветного неба, а у её ног, трепещущее тело, отливающее серебром чешуи. Чудовище выволокло русалку из воды за волосы, почти до конца выпило жизнь и оставило на песке, нацелившись на новую жертву.
Видан даже не предполагал, что на земле ещё остались такие монстры. Порождения войны богов, они были уничтожены сотню лет назад. Жрецы и волхвы Чернобога, не сумевшие выдержать тяжесть тёмной силы, преобразовавшиеся телом в уродливое страшилище, способное только пожирать чужие жизни. Каждый из чародеев изменился по-своему.